Очень необычная и странная книга для своего времени. Точнее так - она не соответствует моему книжному представлению о том времени. Меня не удивила бы такая книга, написанная сейчас, но события в ней происходят в 1958 году и написана она примерно тогда же.
Краткая предыстория - Соня и Богдан встретились и полюбили друг друга в шестнадцать лет, в восемнадцать лет поженились, в девятнадцать у них родился Тарасик и вот ему уже четыре года. Мама учится на журналистку, папа - на инженера. Они получили новенькую квартиру в новеньком доме и переехали в нее. Все очень мило. Только эти два дурака - а иначе я назвать их не могу - сделали все, чтобы развалить свою такую распрекрасную семью. Молодой папа считает, что родив сына, он сделал все для семьи и требовать от него какой-то помощи глупо. Молодая мама, измученная бытом слишком горда, чтобы попросить о чем-то мужа. Она тихо рыдает в уголке, а муж возмущенно смотрит на нее. И в итоге мама уезжает в долгую командировку на Дальний Восток. Нет, даже в те суровые годы никто не послал бы молодую маму на студенческую практику из Москвы на Дальний Восток, но Соня сама захотела. Оставила Богдана и Тарасика и улетела плавать на корабле - проходить производственную практику. Это нормально? А гордый папа держал марку и даже не пошел ее провожать, потом, правда сорвался, но опоздал. Это такой штамп тех лет - опоздать проводить кого-то и бежать вдоль поезда. Богдан вообще-то работает электриком и еще учится вечерами. А Тарасика не берут в новый садик, потому что карантин. И что делает папа? Он идет на утреннюю пробежку, он же спортсмен, сажает сына на лавочку и уходит нарезать круги по парку. А сын мирно спит на лавочке под сыплющимся с неба снежком. Пока не собирается толпа с вопросом - почему маленький ребенок один спит под снегом? Милиция уже почти уносит малыша, когда прибегает папа, румяный и здоровый после своей пробежки. Это нормально? Он сам позаботится о малыше - оставляет ему тарелку с кашей и уходит на работу. Напомню, квартира отдельная, Тарасику четыре года. Кашу ему есть не хочется и он уходит гулять во двор. И забредает с приятелем в котельную , где почти получают по мозгам за шкодство и порчу имущества. Но тут появляется дедушка - а у Тарасика есть дедушка - и уводит его кормить в блинную. Тем временем с работы приходит папа и как безумный бегает по окрестным дворам в поисках сына. А когда дед приводит ребенка, орет на него и захлопывает перед носом дверь. Это нормально? При том и папа и мама уже не юные дети, им по 23 года, но такая полная безответственность, такое явное пренебрежение ребенком во имя своих планов, целей, эмоций меня просто добило.
Плюс к этому автор выбрала для своего повествования очень своеобразную манеру. Рассказ ведется как бы от имени Тарасика и мы смотрим на события как бы глазами Тарасика, и это как бы Тарасик рассуждает о том, как Соня переживает пренебрежение мужа. И выглядит это все фальшиво и надуманно. А далее местом действия становится то самое судно, на котором зачем-то плывет Соня, но речь все та же, как бы детская и умильно лепечущая, и тут уже полный диссонанс, Тарасик далеко, вокруг одни взрослые люди, а нам все равно говорят про "маму Тарасика".
Но одна мысль автора достойна рассмотрения. Сначала я было возмутилась, но потом почувствовала ее правоту:
...слеза товарища, самое справедливое зеркало. Только ей одной дано отразить человека как гражданина.
Мать станет плакать по сыну-убийце. Жена оплачет мужа, каков бы он ни был, хоть пьяницу, хоть какого. Дочь и сын оплачут отца, даже если он их оставит. Истинно справедлива только слеза товарища. По человеку худому товарищ плакать не станет.
28 понравилось
