Цитаты из книги Пьесы

Алджернон. Я помолвлен с Сесили, тетя Огаста.

Леди Брэкнелл. Что, что?

Сесили. Мы с мистером Монкриффом помолвлены, леди Брэкнелл.

Леди Брэкнелл (содрогнувшись, идет к дивану и садится). Не знаю, может быть, воздух в этой части Хартфордшира действует на людей каким-то возбуждающим образом, но только число помолвок, о которых здесь узнаешь, явно превышает средний статистический уровень.

Сесили. Я не люблю романов со счастливым концом. Они приводят меня в уныние.

Алджернон вполне подходящий, более того — завидный жених. У него нет ни гроша, а с виду он кажется миллионером. Чего же лучше

Это звучит внушительно. Три адреса всегда вызывают доверие к их обладателю, даже если это поставщик. Но где гарантия, что адреса не вымышлены?

Рада довести до вашего сведения, что я никогда в жизни не видела лопаты. Совершенно ясно, что мы вращаемся в различных социальных сферах

Если это не так, то вы самым непозволительным образом вводили нас в заблуждение. Надеюсь, вы не ведете двойной жизни, прикидываясь беспутным, когда на самом деле вы добродетельны. Это было бы лицемерием

Если знакомство начинается с комплимента, оно имеет все шансы превратиться в прочную дружбу.

Как все тучные женщины, она выглядит так, словно счастливее ее нет на свете.

Ах, я все забываю, что ваш муж исключение. Мой — общее правило. А ничто так не старит женщину, как все время иметь перед глазами общее правило.

Второй горожанин:
Мне законы Не по душе. Не будь законов, их Не нарушали б. Каждый был бы честен.
Первый горожанин:
Вот умные слова: ведут далеко.
Страж:
На виселицу, друг.

Но женщина - вот истинный художник!
Одна она способна нашу жизнь,
Запятнанную думами о деньгах,
Преобразить любовью в красоту! Герцогиня

Иметь тайны от чужих жен — это в наше время необходимая роскошь. Так, по крайней мере, мне не раз объясняли в клубе умудренные опытом старцы с лысиной во всю голову — уж они-то должны знать. Но пытаться что-нибудь скрыть от своей жены — это непростительное легкомыслие. Она же все равно узнает. У женщин на этот счет поразительный нюх. Они все видят, кроме очевидного.

Даже вы, сэр Роберт, недостаточно богаты, чтобы выкупить свое прошлое. Никто этого не может.

Музыка будет по-немецки. Вы все равно не поймете.

Я жалею о своих дурных поступках. Вы — о хороших. Этим мы и отличаемся друг от друга.

Вам, Уиндермир, вероятно хотелось бы, чтобы я ушла в монастырь либо стала сестрой милосердия — словом, поступила бы как героини дурацких современных романов. Это неумно, Артур. В жизни мы так не поступаем… во всяком случае если еще не растеряли свою красоту. Нет, в наше время утешаются не раскаянием, а удовольствиями. Раскаяние вышло из моды.

Мой милый Уиндермир, даже когда читаешь нотации, не мешает быть вежливым.

В ваших английских поместьях всегда такая скука. Там даже пытаются острить за завтраком. Бог знает что! Только абсолютные тупицы острят за завтраком.

Миссис Оллонби. Ах, мой муж нечто вроде векселя, мне надоело по нему платить.

Леди Кэролайн. Но вы возобновляете этот вексель время от времени?

Миссис Оллонби. О нет, леди Кэролайн. У меня был всего-навсего один муж. Должно быть, вы на меня смотрите как на дилетантку?

Леди Кэролайн. С вашими взглядами на жизнь удивительно, как вы вообще вышли замуж.

Так и вспомнилось прежнее время. И дураков в обществе не убавилось. Приятно убедиться, что всё здесь по-старому.