Великие поэты. Том 41. Мой Элизий

Люблю я вас, богини пенья, Но ваш чарующий налёт, Сей сладкий трепет вдохновенья, — Предтечей жизненных невзгод.

Любовь с враждой Фортуны — одно. Молчу! Боюся я, Чтоб персты, падшие на струны, Не пробудили бы перуны, В которых спит судьба моя.

И отрываюсь, полный муки, От музы, ласковой ко мне. И говорю: до завтра, звуки, Пусть день угаснет в тишине.

Сей поцелуй, дарованный тобой, Преследует моё воображенье: И в шуме дня, и в тишине ночной Я чувствую его напечатленье! Сойдёт ли сон и взор сомкнёт ли мой, — Мне снишься ты, мне снится наслажденье! Обман исчез, нет счастья! и со мной Одна любовь, одно изнеможенье.

Приманкой ласковых речей Вам не лишить меня рассудка! Конечно, многих вы милей, Но вас любить — плохая шутка!

Вам не нужна любовь моя, Не слишком заняты вы мною, Не нежность — прихоть вашу я Признаньем страстным успокою.

Вам дорог я, твердите вы, Но лишний пленник вам дороже, Вам очень мил я, но, увы! Вам и другие милы тоже.

С толпой соперников моих Я состязаться не дерзаю И превосходной силе их Без битвы поле уступаю.