Der Hundertjährige, der aus dem Fenster stieg und verschwand

То-то,- сказал Аллан, глядя сверху вниз на бесчувственного китайского гвардейца. - Нечего и пытаться шведа перепить, если только ты сам не финн или в крайнем случае не русский.

Политика - она ведь мало того что сама по себе довольно часто дело пустое, она еще и создает людям трудности на ровном месте.

[…] "ничто так не украшает тачку, как вдвое меньший пробег".

Сделки проворачивались все более масштабные, так что бизнес-направления «грабеж» и «рэкет» пришлось свернуть — за ненадобностью и в силу острой нехватки персонала.

Для Алланова отца все это имело глубоко личную составляющую, поскольку Ленин имел неосторожность отменить частную собственность на землю в тот самый день, когда Алланов отец купил двенадцать квадратных метров земли для разведения шведской клубники.

Ведь жизнь так устроена, что правильно не то, что на самом деле правильно, а то, о чем тот, кто принимает решения, скажет, что это правильно.

...Собака, пройдя каких-то тридцать метров вглубь заводской территории, забегала кругами, тыкаясь наобум туда-сюда, после чего умоляюще глянула на своего инструктора.

– Кикки просит прощения, но она не может сказать, куда направился труп, – перевел кинолог.

Настроение фабриканту еще больше испортил тот факт, что печенье было какого-то странного вкуса. Оно явственно отдавало аммиаком.

Жить, конечно, было очень увлекательно, всю дорогу, но ничего нет вечного, разве что человеческая глупость.

— Ты переходил через Гималаи? В сто лет?
— Да бог с вами! — покачал головой Аллан. — Мне ведь, понимает ли господин прокурор, не всегда было сто лет. Больше того скажу — со мной это вообще только-только случилось.

Все есть как есть, а будет как будет.

Ведь жизнь так устроена, что правильно не то, что на самом деле правильно, а то, о чем тот, кто принимает решения, скажет, что это правильно.

В свои восемь лет Аллан выучил это стихотворение не понимая. И теперь, вновь декламируя его со всей мыслимой проникновенностью, он удивился, что даже через тридцать семь лет оно не сделалось понятнее.

От одного своего английского друга-епископа он услыхал про Иран — страну, где крайне злоупотребляют царящей там свободой вероисповедания. К примеру, количество англикан там столь ничтожно, что не поддается измерению, в то время как шииты, сунниты, иудеи и приверженцы всяческих шарлатанских религий просто кишмя кишат. Если там и есть христиане, то армяне или ассирийцы, а всякому ведь ясно, что армяне и ассирийцы понимают христианство шиворот-навыворот.

Герберт покраснел от смущения и, оправдываясь, пробормотал, что строить из себя дурака не так и трудно, если ты и в самом деле дурак. Аллан отвечал, что не знает, трудно это или нет, но что все прежде им встреченные в жизни дураки пытались строить из себя как раз собственную противоположность.

Тогда он решил сменить место жительства и перебрался в Мариефред, где понемножку подворовывал, пока, устав от городской суеты, не добрался до заброшенной платформы Бюринге благодаря сумме в двадцать пять тысяч крон, случайно найденной как-то ночью в сейфе грипсхольмской гостиницы.

Два Альберта Эйнштейна — это для маршала Берии было уж слишком, хоть один из них и обретался по другую сторону Атлантики. ... Маршал Берия обещал не перебивать лже-Эйнштейна ничем, кроме выстрела в висок, а с этим он погодит, пока не уяснит для себя, что все это полнейшая ложь, и больше ничего

К тому же некая организация по правам человека оценила Бали как наименее коррумпированную провинцию Индонезии. Что, правда, объяснялось тем, что Аманда подкупила все руководство организации, — но тем не менее.

Когда слон облегчается, это редко остается незамеченным теми, кто оказывается в непосредственной близости.