СССР: Богема.Три повести

Три повести Сергея Муравина произвели на меня противоречивое, даже двойственное впечатление. Объективно это хорошая литература. Чувствуется, что автор умеет сказать точно и жёстко, выразить любые оттенки чувства и мысли. А вот субъективно мне трудно принять эту жёсткую прозу, почти безостановочную смену «кадров».
Мне трудно принять прозу без положительного героя, с достаточно мрачным взглядом на окружающую действительность. Причём именно действительность – Муравин пишет сегодняшний мир, а на это почти никто из его коллег даже не замахивается. Мир писателя – не литературный, а максимально приближённый к реальности – здесь пьют, врут, занимаются подделками, лудят книги за приближённых к крупным издательствам бездарных фавориток… Проще говоря, натурализмом это не назовёшь, но отвращение чувствуется. Мне это не близко. Хочется увидеть в идеологии автора какой-то просвет, надежду, перспективу. Этот просвет есть – герой повести «Псевдоним» отказывается от тайного сочинительства за других и пытается вырулить к собственному творчеству, к самостоятельности, к одиночеству. Боюсь, что это вряд ли получится, если экстраполировать линии сюжета в будущее – за пределы книги.

Читать дальше рецензию Сергея Георгиева в "Литературной газете"

В литературе нынче застой. Такого спланированного застоя, в котором всё сделано для того, чтобы не нарушить статус-кво, не было даже в печально известные советские литературные времена. Но всё же время от времени появляются незапланированные тусовочным писательским сообществом книги, которые нарушают размеренное течение сегодняшней застойной литературы.
Пусть они выходят малыми тиражами, достаются немногим читателям, которые, листая страницы таких книг, выходят из летаргического мерцания букридеров. За такими книгами, как три маленькие повести Сергея Муравина – «СССР: БОГЕМА (non-fiction)», «Псевдоним» (литературный трагифарс) и «печальная повесть» «Кровинка» – реальное будущее.

Читать дальше рецензию Бориса Мелашова в "Литературной газете"

Три повести Сергея Муравина в книге «СССР: БОГЕМА» (М.: МИК, 2012) — это первая книга писателя. Со всеми, казалось бы, понятными размышлениями о непростых судьбах произведений неизвестных авторов. Но...
Вот это «но» и заинтересовало. Откуда у Муравина такое разнообразие тем, замыслов, жанров. «СССР: БОГЕМА» — обращение к эпохе, где был «черный книжный рынок» на Кузнецком, полуофициальные художественные выставки, диссиденты и представители московской богемы, которые даже в те тоталитарные годы жили легко и беззаботно. Эта повесть — non-fiction, что означает «непридуманное». Мистическим образом в реальном повествовании, где вспоминаются картины Оскара Рабина, не названного по имени, и герои едут в гости к знаменитому в протестных кругах поэту Лёнечке Губанову, вдруг появляется... великий Эрнест Хемингуэй. Он пьет алжирское вино в кафе «Лира» — сегодня на этом месте «Макдоналдс» на Пушкинской — и ведет странные разговоры, почти на уровне сновидений.

Читать дальше рецензию Валерия Пескова в "Московском комсомольце"

В этой книге всего сто двадцать страниц, но, как сформулировал автор, мироощущение своего героя — у того под ногами «пульсировала вселенная смыслов». Вселенная смыслов имеет место в книге, представленной прозаиком Сергеем Муравиным. Внезапный дебют или долгий путь к первой книге прозы? Нам думается, что этот писатель имеет все шансы войти в узкий круг избранников и баловней современной литературы. Чтобы это понять, достаточно прочитать три относительно короткие вещи в каком-то смысле неопределенного жанра. Попробуем показать это в нашем отзыве.
Первая вещь называется «СССР: БОГЕМА». Именно она дала титульное название книжке. Сия «Богема» имеет характерный подзаголовок «non-fiction», то есть нечто непридуманное, из реальной жизни. Действительно, много реалий прошлого, по которым можно сверять старый календарь. Например, выставка художников 60‑х годов в Клубе завода «Компрессор». Даже описание нескольких картин абсолютно реально. Одна из них явно принадлежит неупомянутому Оскару Рабину. И ведь что? Висела тогда в клубе «Компрессора» картина этого художника с названием типа «Тупик имени В. И. Ленина» да и другие его вещи.

Читать дальше рецензию Андрея Шилина в "Литературных известиях"