Цитаты из книги Письма

"Боюсь, когда люди пишут в газету, это пагубно отражается на стиле. В ходе идут грубости и оскорбительные выражения; авторы теряют всякое чувство меры, ступив на это престранное журналистское поприще, где верх берут всегда самые крикливые."

"... пиши яснее. А то, не ровен час, можно подумать, что тебе и скрывать-то нечего"

Реклама в "Атенеуме" превосходна. Так и чувствуешь себя чаем "Липтон".

Не быть довольным чем-либо из того, что Вы сделали, — переживание для меня столь новое, что даже серебрянная шкатулка, полная великолепных в своей бесполезности вещиц, которую практичный Реджи преподнёс мне после моего освобождения, не заставит меня от него отказаться.

... я скитаюсь в пурпурных долинах отчаяния, и с неба не сыплются золотые монеты, чтобы развеять мою печаль.

Любой ценой я должен сохранить в своем сердце Любовь. Если я пойду в тюрьму без Любви, что станется с моей Душой?

Я написал первый акт «Женщины, не стоящей внимания» как ответ критикам, утверждавшим, что «Вееру леди Уиндермир» не достает действия. В первом акте пьесы, о которой идет речь, не было вообще никакого действия. Это был превосходный акт.

О, ваше английское общество кажется мне мелким, себялюбивым, безрассудным. Оно ослепило себе глаза и заткнуло уши. Оно точно прокаженный в пурпуре. Оно — гроб поваленный. Оно насквозь испорчено, насквозь развратно!

Мечта Скульптора воплощается в холодном и немом мраморе, вымысел живописца застывает в неподвижности на холсте. Я же хочу увидеть, как мое творенье снова оборачивается жизнью, как написанные мною реплики обретают новый блеск благодаря Вашей страсти, наполняются новой музыкой, слетая с Ваших губ.

«Да, пьесы мои совсем не хороши! Я не придаю им никакого значения. Но вы представить себе не можете, как они меня забавляют! Почти все они написаны в несколько дней».

«Англия захватила Ирландию. Что было делать мне? Покорить Англию», — невесело шутил Шоу.

Я сделал искусство философией и философию — искусством; я изменил мировоззрение людей и все краски мира. Я взял драму — самую безличную из форм, и превратил ее в такой же глубоко личный способ выражения, как лирическое стихотворение, я одновременно расширил сферу действия драмы и обогатил ее новым толкованием.

В сущности в любое время моей жизни ничто не имело ни малейшего значения по сравнению с искусством.

Любовь — это потерянная тайна мироздания, которую тщетно разыскивают все мудрецы

в жизни нет ничего сложного. Это мы сложны. Жизнь - простая штука, и в ней чем проще, тем правильнее.

Из письма Роберту Россу

Ведь ты знал, что значит для меня мое Искусство, знал, что оно - тот великий глубинный голос, который сначала открыл меня мне самому, а потом и всем другим, что оно - истинная моя страсть, та любовь, перед которой все другие увлечения, словно болотная тина - перед красным вином или ничтожный светляк на болоте - перед волшебным зеркалом Луны.

Я люблю истому жарких дней и ненавижу холод нашей зимы, столь безжалостной, столь определенной: она дает лишь форму, когда тебе хочется цвета, ясность, когда тебе нужна тайна, и превращает несчастных людей в красноносых и сизоносых страшилищ.

Я женюсь на юной красавице по имени Констанс Ллойд, этакой серьезной, изящной, маленькой Артемиде с глазами-фиалками, копною вьющихся каштановых волос, под тяжестью которой ее головка клонится, как цветок, и чудесными, словно точеными из слоновой кости, пальчиками, которые извлекают из рояля музыку столь нежную, что, заслушавшись, смолкают птицы.

"...а перейти в католицизм - значит отринуть и принести в жертву два моих великих божества - Деньги и Честолюбие..."