Книга шикарная! Основу тома составляют беседы с балетными артистами русской эмиграции – от блестящих дягилевцев до невозвращенцев Нуриева и Барышникова. Автор сумел поговорить с впечатляющим количеством артистов, а какие имена! Ирина Баронова, Юрий Зорич, Фредерик Франклин, сёстры Толчиефф, Нина Вырубова, Пьер Лакотт и многие-многие другие. Истории, воспоминания, подробности… Интересно читать разные мнения на одни и те же события, кто как запомнил, кто как понял.
Дягилев оказался за границей вынужденно, но вскоре его труппа стала пополняться уехавшими из России после революции. И удивительно, сколько юных эмигрантов начали профессионально заниматься балетом. Наследниками Дягилева считаются «Русские балеты Монте-Карло» – под этим общим названием можно называть труппу и полковника де Базиля, и Рене Блюма, и Сержа Денема. Странно, что Рене Блюма мало кто вспоминает, а ведь именно он в 1931 г. начал собирать труппу на основе дягилевской, де Базиль присоединился чуть позже.
Наследники больше сохраняли старое, чем создавали новое, хотя у них ставили и Баланчин, и Мясин, и Лифарь. Зато с дягилевским репертуаром они объездили весь мир – от Австралии (есть чудесное фото Бароновой и Долина с коалами) до Канады, распространяя русское искусство. Танцовщики организовывали собственные школы, школы превращались в национальные театры, передавали традиции из ног в ноги. Как существовал балет полковника – уму не постижимо! Денег нет, постоянные гастроли, периодически бастующие артисты, но бесконечная любовь к балету побеждала все трудности. Для того поколения артистов танец был не работой, а любимым искусством и всей жизнью.
На страницах сияет целая плеяда легенд: обаятельная Данилова, «звезда» Маркова, холодный и скупой Мясин, весёлый, но саркастичный Долин, очаровательный и экспрессивный Лифарь, сдержанный Баланчин… А ещё три грации императорских театров – Любовь Егорова, Ольга Преображенская, Матильда Кшесинская – через их школы прошли все танцовщики. Очень трогательно вспоминают, как Преображенская не брала платы за уроки: «Отдадите, когда начнёте зарабатывать.»
Многие из «молодого набора» считают де Базиля гением, а Александра Данилова полагает, что он надел сапоги не по мерке. Лорка Мясин возобновляет балеты своего отца, но Зорич думает, что это отвратительно, а Милораду Мишковичу нравится. Все дружно не принимают Ромолу Нижинскую. Мне запомнилось, как Мясин, работая с Балетом маркиза де Куэваса, включил в счёт даже стоимость телеграммы, а за Лифарём, наоборот, пришлось побегать, чтобы отдать гонорар.
Большинство «старой гвардии» считает, что для Баланчина в танце главное форма, а не содержание, что в его балетах нет души. Так что Дягилев ему чужой не только по образу жизни. Об этом я догадывалась, но мне не понятно: зачем продолжать работать у неприятного тебе человека (ещё и платят мало)? Уже не выглядит невероятным мнение Лифаря, что Баланчин собирался уходить. А по воспоминаниям самого Мейлаха, когда Баланчин в 1972 г. приезжал в Грузию, где его встречали как «нашего грузина», он позиционировал себя как американца.
Наверное, самым «ядовитым» рассказчиком оказался Юрий Зорич. Фокин у него злобный, Нижинская – сумасшедшая, Маркову мог поднять только грузчик, Лифарь покорил Дягилева бутербродом (((.
Теперь о минусе (но снижать оценку не стану, уж очень интересными получились разговоры). Михаил Мейлах – ярый антисоветчик (в 80-х он немного посидел за распространение запрещённой литературы). И Мейлах всё пытался вывернуть разговор (даже в нач. 2000-х) на «кровавое КГБ» и «одну большую зону». Мне казалось, что он договорится до того, что СССР захватил Германию в 1945. К чести артистов, практически никто из них не пышет такой ненавистью.
А к таким «мелочам», как неправильно подписанные фотографии (например, «Аполлона Мусагета» перепутали с «Сюитой в белом»), я давно привыкла.
10 понравилось
