Фламандська дошка

Мир не так прост, как нас пытаются заставить думать. Очертания нечетки, оттенки имеют огромное значение. Ничто не бывает только черным или только белым, зло может оказаться переодетым добром, безобразие - замаскированной красотой, и наоборот. Одно никогда не исключает другого. Человеческое существо может любить и предавать любимое существо, и его чувство от этого не становится менее реальным. Можно быть одновременно отцом, братом, сыном, любовником, палачом и жертвой... Ты сама можешь привести какие угодно примеры. Жизнь - это неясное приключение на фоне размытого пейзажа, пределы и контуры которого постоянно изменяются, движутся, где границы - это нечто искусственное, где все может завершиться и начаться в любой момент, или может вдруг кончиться - внезапно, как неожиданный удар топора, кончиться навсегда, на никогда. Где единственная реальность - абсолютная, осязаемая, бесспорная и окончательная - это смерть.

Инспектор ответил не сразу, точно надеясь, что она поймет его без слов:
— На неизвестное лицо или лица… виновные в покушении на убийство.
— Убийство Альваро?
— Нет, ваше. — Из-под мексиканских усов опять показались зубы. — Потому что, кто бы ни посылал вам эти карточки, на уме у него явно нечто иное, чем игра в шахматы. Спрей, который накачали вам в шину, предварительно спустив ее, можно купить в любом «Автосервисе»… Но в ваш баллончик с помощью шприца впрыснули бензин… Такая смесь — бензин, газ и это пластическое вещество, которое содержится в баллоне, — при определенной температуре взрывается, и еще как… Вы проехали бы несколько сот метров, шина нагрелась бы и шарахнула прямо под бензобаком. Машина сгорела бы, как свечка, и вы вместе с ней… — Он рассказывал это с улыбкой, явно наслаждаясь возможностью хоть таким образом взять маленький реванш за пережитое унижение. — Ужасно, правда?

Му­ньос про­чел вслух:
– «Фра­за, ко­то­рую я сей­час пишу, – та же са­мая, ко­то­рую вы сей­час чи­та­е­те»… – Он уди­влен­но взгля­нул на Бель­мон­те: – И что же?
– По­ду­май­те-ка. Я на­пи­сал эту фра­зу пол­то­ры ми­ну­ты на­зад, а вы про­ч­ли ее толь­ко со­рок се­кунд на­зад. То есть мое «пишу» и ваше «чи­таю» от­но­сят­ся к раз­лич­ным мо­мен­там. Од­на­ко на бу­ма­ге пер­вое «сей­час» и вто­рое «сей­час», не­со­мнен­но, явля­ют­ся од­ним и тем же мо­мен­том. Сле­до­ва­тель­но, дан­ное вы­ска­зы­ва­ние, бу­ду­чи ре­аль­ным с од­ной сто­ро­ны, с дру­гой сто­ро­ны не­дей­стви­тель­но… Или мы вы­но­сим за скоб­ки по­ня­тие вре­ме­ни?.. Раз­ве это не ве­ли­ко­леп­ный при­мер па­ра­док­са?..