Закон свободы

Со студенческих лет я, зевая над учебниками и монографиями, размышляла о том, что делает историю интересной и что, наоборот, убивает в ней живое. И нашла ответ для себя: история полна жизни и смысла тогда, когда в центре ее стоит человеческая личность. Даже оперируя отвлеченными понятиями «массы», «классы», «цивилизации», «экономические отношения», «культуры», — нельзя забывать, что за ними стоят люди — страдающие и радующиеся, стремящиеся познать и достичь, любящие и ненавидящие. И в каждом — будь то египетский крестьянин, греческий оратор, средневековый монах, европейский полководец или русский купец — действуют силы Добра и Зла, которые именно историк должен вывести на свет Божий, показать и постараться понять

Днем добраться до таверны, стоявшей при въезде в городок со стороны Лондона, было пустяшным делом: широкий разбитый проселок шел сначала мимо заросших деревьями усадеб, затем, повторяя движение невидимой реки, круто сворачивал влево, к мосту через Моль, а оттуда, не пересекая моста, направо, на Лондон. Но ночь, одиночество и скверная погода, казалось, удесятеряли расстояние. Из тьмы выступали не замеченные днем уродцы: то колючий куст протягивал цепкие ветви чуть ли не на середину дороги, то камень неясной глыбой преграждал путь; ноги вязли в глубокой скользкой колее, подол быстро намок и тяжело бил по щиколоткам. За ближним забором, потревоженная шагами, залилась собака, ей визгливо ответила другая, третья…