Вдали от рая

Если тебе уютно и интересно наедине с собой, то другие люди к тебе потянутся.

Ему нужна эта женщина!.. Нужна она одна! Такая, какая есть: запутавшаяся, колдовская, грешная, то надменная, то испуганная, невероятно красивая даже в слезах. Потому что, какова бы она ни была, это – его женщина, кем-то свыше присланная в мир специально для него..

Иногда один короткий взгляд бывает красноречивее самой пламенной речи.

"Красота... Много ли она значит для обычной жизни? Змея тоже красива, но любой нормальный человек предпочтет любоваться ею на экране телевизора или за стеклянной стеной террариума, а не у себя в доме. Вот и я, в сущности, ядовитая гадина. Виктор любуется моей переливчатой чешуей, но не забывает и о моих зубах. Настанет время,и красота чешуи ему надоест, зато ядовитые зубы по-прежнему станут лишать его покоя. И тогда он прогонит меня... Нет! Я не переживу этого! Лучше уйду сама!"

Так устроен мир – одни живые существа становятся подопытными, другие – ставят на них эксперименты. И правило это распространяется далеко за пределы науки.

Дети все чувствуют. Всё впитывают в себя… Дети – барометр семьи. Дети зеркало, которое подносит нам к лицу сам Господь Бог.

"В конце концов, каждый из нас строит свой собственный рай. И у каждого он таков, какого ты заслуживаешь. Если вообще заслуживаешь, конечно..."

В конце концов, каждый из нас строит свой собственный рай. И у каждого он таков, какого мы заслуживаем. Если вообще заслуживаем, конечно…

Все мы существуем в едином энергетическом поле и все друг от друга зависим, особенно в том случае, если связаны кровно и принадлежим к одной семье.

Что-то не так сегодня с окружающим миром. Он как будто дробится на кусочки, которые тасуются в свободном порядке – совсем не так, как ты ожидал…

Сереже некому было сказать слово "мама"! Самок простое, самое первое слово, с которого начинается каждая человеческая жизнь, в его лексиконе отсутствовало. При живой матери - он не смел её так называть. На этом месте зиял пробел - и только ли на этом?

Разве рай можно потерять, если всеми силами ищешь туда дорогу? Разве можно надолго остаться вдали от него, если ты сам строишь его собственными стараниями и удерживаешь в своей душе притяжением воли, усилием ума, напряжением чувств?

Разве такое не происходит сплошь и рядом, когда кто-то, подкараулив чужую слабость, чужую ошибку пользуются ими, чтобы отнять у человека все, что у него есть – силу, богатство, успех, славу – и присвоить это себе?

Что проку во внешней привлекательности, если под оболочкой скрывается осиное гнездо.

Когда неприятности случаются с другими – ты можешь им сочувствовать или злорадствовать. Но в глубине души сохраняешь уверенность, что такие вещи происходят только с другими, где-то далеко от тебя… и вдруг – на тебе, получи! Вляпываешься в точно такое же дерьмо и недоумеваешь, как же это могло случиться с тобой.

Разве может кто-то принудить одного человека любить другого исключительно по факту биологического родства?

По-настоящему хорошие родители хотят, чтобы их дети выросли взрослыми, самостоятельными, счастливыми, отдельными о них людьми. И взрослые дети любят их не потому, что «обязаны буквально всем», а просто потому, что любят.

Существует ведь и другой рай. Тот, который у каждого человека составляет сердцевину натуры, тот, что каждый из нас бережет пуще зеницы ока, - свой внутренний мир, духовные ценности, любовь к жизни и ощущение правильности пути.

Порой человек настолько меняется, что перестает узнавать даже сам себя…

Надежда есть всегда, так уж устроил этот безалаберный мир тот, кто гораздо поумнее нас.