Цитаты из книги Лествица

Если можно, давай чреву твоему пищу достаточную и удобоваримую, чтобы насыщением отделываться от его ненасытной алчности и через скорое переварение пищи избавиться от разжжения, как от бича. Вникнем и усмотрим, что многие из яств, которые пучат живот, возбуждают и движения похоти.

Кто ласкает льва, тот часто укрощает его; а кто угождает телу, тот усиливает его свирепость.

Чревоугодие есть прельщение очей; вмещаем в меру, а оно подстрекает нас поглотить все разом.

Чревоугодие есть притворство чрева; потому что оно, и будучи насыщено, вопиет: «Мало!», будучи наполнено и расседаясь от излишества, взывает: «Алчу!».

Общежитие противно унынию, а мужу, пребывающему в безмолвии, оно всегдашний сожитель, прежде смерти оно от него не отступит и до кончины его на всякий день будет бороть его. Увидев келью отшельника, (уныние) улыбается и, приблизившись к нему, вселяется подле него.

Кто стяжал страх Божий, тот устранился лжи, имея в себе неподкупного судию — свою совесть.

Молчание Иисусово постыдило Пилата; и безмолвие уст благочестивого мужа упраздняет тщеславие.

Любитель молчания приближается к Богу и, тайно с Ним беседуя, просвещается от Него.

Познавший свои прегрешения имеет силу и над языком своим; а многоглаголивый еще не познал себя как должно.

Многоглаголание есть признак неразумия, дверь злословия, руководитель к смехотворству, слуга лжи, истребление сердечного умиления, призывание уныния, предтеча сна, расточение внимания, истребление сердечного хранения, охлаждение святой теплоты, помрачение молитвы.

Многоглаголание есть седалище, на котором тщеславие любит являться и торжественно себя выставлять.

Хотя бы ты и своими очами увидел согрешающего, не осуждай; ибо часто и они обманываются.

Судить — значит бесстыдно похищать сан Божий; а осуждать — значит погублять свою душу.

Злословие есть исчадие ненависти, тонкий недуг; большая сокровенная и таящаяся пиявца, которая высасывает и истребляет кровь любви; лицемерие любви; причина осквернения и отягощения сердца; истребление чистоты.

Памятозлобствуя, памятозлобствуй на бесов, и враждуя, враждуй против твоей плоти непрестанно. Ибо плоть сия есть друг неблагодарный и льстивый: чем белее мы ей угождаем, тем более она нам вредит.

Памятозлобие далеко от твердой естественной любви, но блуд удобно приближается к ней, как иногда видим в голубе кроющихся вшей.

Начало блаженного незлобия сносить бесчестия, хотя с огорчением и болезнию души. Середина — пребывать в оных беспечально. Конец же оного, если только оно имеет конец, — принимать поношения, как похвалы. Да радуется первый; да возмогает второй; блажен о Господе, и да ликует третий.

Если Дух Святой называется и есть мир души, а гнев есть возмущение сердца; то ничто столько не препятствует пришествию в нас Духа Святого, как гневливость.

Если признак крайней кротости состоит в том, чтобы и в присутствии раздражающего сохранять тишину сердечную и залог любви к нему; то, без сомнения, крайняя степень гневливости обнаруживается тем, что человек наедине сам с собою словами и телодвижениями как бы с оскорбившим его препирается и ярится.

Ничто так не противно кающимся, как смущение от раздражительности, потому что покаяние требует великого смирения, а раздражительность есть знак великого возношения.