Великорусский пахарь и особенности российского исторического процесса

Вернее, лучше в программу первых курсов, потому что это не учебник, а научная работа.

Почему и зачем ввести? Потому что для понимания - именно для понимания, а не для знания, русской истории эта книга необходима и достаточна. Информация этой работы даёт достаточно оснований для выведения, при наличии некоторых знаний в экономике, политической науке, и социологии, основных закономерностей развития российского общества и государства, а без знания изложенных в ней фактов ничего понять в нашей истории невозможно.

О чем речь. Всякая общественная система, в которую входит государство и социум, существует в рамках, заданных экономическими возможностями. В марксистких терминах это базис и надстройка, для краткости буду пользоваться ими. Базис же большую часть писаной человеческой истории и для большинства человечества строго определялся сельским хозяйством. Это верно и для России описываемого пероида, 18-19-го веков. Милов проводит систематический обзор с/х России того периода на основании сохранившихся источников. Все они используются и приведены в тексте, качество может оценить каждый. Сразу скажу, что дыр. естественно, масса, и есть ряд допущений в виде экстраполяции данных 19-го и даже 20-го века на прошлые времена. Но, имхо, картина всё равно получается цельная, и она ПУГАЮЩАЯ.

Мы все читали русских классиков, их описания народной доли и народного быта. Толстой, Некрасов, Чехов, Горький, Тургенев. Хлеб с лебедой, работа до седьмого пота, барщина, голод. Но поскольку это всё художественные произведения, всегда остаётся какой-то налёт сказочности, что ли - мало ли что там барин напишет, а вдруг соврал? А у Милова мы имеем цифры и статистику, причём главные показатели померяны несколькими способами, и результаты совпадают. И получается, что не врали наши борцы за народное счастье-то. Проблемы в разные периоды были разные, но самые общие выводы следующие.

Положение крестьянства было абсолютно беспросветным. Ограничивающие факторы для крестьянины были следующими, и все они взаимопереплетены.

1. Крайний консерватизм техники земледелия из-за его рискованности земледелия и недостатка времени, крестьянин всегда выбирал старые методы, как проверенные и гарантирующие наибольшие шансы выживания. 2. Крайне низкая урожайность из-за земель, погоды, и пункта 1, в среднем между сам-2 и сам-3. 3. Как следствие, необходимость обрабатывать много земли, чтобы прокормиться. 4. Это упирается в короткий вегетационный период и, как следствие, чудовищный дефицит рабочего времени, отягощаемый барщиной. В Европе у крестьянина было в среднем в 1.5-2 раза больше времени на осуществление тех же самых сельхозработ. 5. Малое количество скота и его низкая продуктивность (600 литров молока на корову в год – норма) из-за недостатка лугов, следствие того же самого недостатка времени; следствие – мало навоза. 6. Общая малоземельность из-за малого кол-ва нормальной земли в Нечерноземье, население очень быстро упирается в естественные границы численности даже с учетом росчистей, так как земля под росчистями быстро истощается, да и пригодная земля просто заканчивается, как это и произошло к концу 19-го века.

Подушевые цифры просто страшные, питание всё время на грани калорийности, питание скота всё время в 2-3 раза меньше нормы, малейшее отклонение в урожайности из-за погоды или по какой другой причине ведет к голоду и эпизоотиям из-за отсутствия запасов.

Следствия

1. Отмена крепостного права огромное благо даже в том фиговом виде, в котором произошло, так как барщина съедала от трети до половины времени. 2. Совесткая индустриализация – огромное благо, так как убрала из деревни лишних людей и повысила производительность труда.

В общем кошмарная ситуация на грани выживания на протяжении всей истории, по которой есть хоть какие-то данные, единственные смягчающие факторы: лес, реки, репа, уход в новые края.

Последствия для социума и государства очевидные, и отмечены еще Ключевским - недостаточный уровень прибавочного продукта при постоянном давлении извне ведёт к несистематическому государственному и общественному строительству, а к постоянному затыканию дыр. Примеров несть числа - от смешного по европейским меркам по размеру госаппарата, никаких дорог, до отсутствия кодифированного права вплоть до советской власти. С другой стороны - удивительная живучесть и эффективность (с точки зрения соотношения ресурс/результат) людей и государства.

Частные следствия каждый для себя может выводить сам. Навскидку. Почему работала рекрутская система? Да потому, что в армии было реально лучше, причем для всех, включая остающихся дома членов семьи. Почему коллективизация не вызвала социального взрыва? Потому что возможность переселиться в города и получать пусть нищенскую, но стабильную зарплату в колхозе была лучше черезполосицы и полуголодной жизни. Почему была успешно освоена Сибирь? Потому что дома было оставаться просто невозможно. И так далее.

Всем интересующимся историей читать необходимо.

История – это наука, по большей части, описательная. Интересующуюся известными личностями и великими событиями, которые не случайно называются «историческими». Но существуют и «полевые» исследования. Ученые, которые годами проводят в архивах, чтобы представить реальную картину происходящего в сухих цифрах, порой говорящих гораздо больше, чем сотни страниц описательного текста. Милов принадлежит именно к этой категории великих тружеников. Перелопатив горы земских архивов (а статистика в царской России была весьма обстоятельная) и получив полную картину по урожайности, демографической ситуации, количеству скота в подворьях, уровням доходов, он находит объяснение многим политическим сдвигам, случившимся в российской истории. Но есть одно «но». «Великорусский пахарь и особенности российского исторического процесса» – это серьезная научная монография, за которую Леониду Васильевичу не случайно была присуждена Государственная премия 2000 года. И осилят ее, вероятно, только читатели увлеченные и стойкие. К счастью, сам историк сформулировал в интервью Александру Никонову ее краткий дайджест (опубликовано в книге А.Никонова «История отмороженных»). Выдержки из него я и приведу в данной рецензии. *** Так жить нельзя «- Россия очень холодная страна с плохими почвами, поэтому здесь живут именно такие люди, а не иные. В Европе сельскохозяйственный период десять месяцев, а в России пять, - печально рассказывал Милов. - Разница - в два раза. В Европе не работают в поле только в декабре и январе. В ноябре, например, можно сеять озимую пшеницу, об этом знали английские агрономы еще в XVIII веке. В феврале проводить другие работы. Так вот, если просчитать, то получится, что русский крестьянин имеет на пашенные работы, кроме обмолота зерна, 100 дней. И 30 дней уходят на сенокос. Что получается? А то, что он жилы рвет и еле управляется. Глава семьи из четырех человек (однотягловый крестьянин) успевает физически вспахать две с половиной десятины. А в Европе - в 2 раза больше. О том, что в России беспашенный период длится 7 месяцев, писали в государственных документах еще в XVIII веке. Понимали проблему... Средний урожай при тех орудиях труда был сам-три. То есть из одного зернышка вырастало три. Из 12 пудов - 36. Минус одно зерно из трех на семена, получается 24 пуда - чистый сбор с десятины. С двух с половиной десятин - 60 пудов. Это на семью из 4 человек. А семья из 4 человек, учитывая, что женщины и дети едят меньше, равна 2,8 взрослого. При том, что годовая норма потребления - 24 пуда на человека. То есть нужно без малого 70 пудов. А есть только 60. Причем из них еще нужно вычесть часть для прокорма скота - овес лошади, подсыпка корове. И вместо 24 положенных по биологической норме, россиянин потреблял 12-15-16 пудов. 1500 ккал в сутки вместо потребных организму 3000. Вот вам средняя Россия - страна, где хлеба всегда не хватало. Где жизнь была всегда на пределе возможности. Вечная борьба, вечный страх голода. И при этом страшная работа на износ с привлечением женщин, детей, стариков... …

Дальше...

Сенокос по старому стилю начинался с 29 июня - с Петра и Павла - и длился до конца июля. А с августа (а иногда и с 20 июля!) уже надо было торопиться жать поспевшую рожь. Поэтому, несмотря на то, что в период сенокоса вся деревня от мала до велика выезжала на косьбу и крестьяне просто жили в полях табором, при тогдашней технике косьбы крестьянин за 30 дней все равно накашивал сена недостаточно. А стойловый период в России от 180 до 212 суток - 7 месяцев. Крестьянский однотягловый двор (4 души) имел две коровы, одну-две лошади для пахоты, две овцы, одну свинью и 5-8 кур. Козы редко встречались. Для них нужно было заготовить сена по нормам XVIII века примерно 620 пудов. А крестьянин вместе с семьей в лучшем случае мог накосить 300. И так было всегда. Какой же выход? Скоту давали солому, которая малокалорийна и напрочь лишена витаминов. Но и соломы не хватало! Свиней и коров кормили лошадиным навозом, осыпая его отрубями. …. По всем законам при трехпольном севообороте земля каждые три года должна удобряться. А в реальной практике крестьяне удобряли землю примерно раз в 9 лет. Даже поговорка такая была: «добрая земля навоз 9 лет помнит». А были места в России - даже в начале XX века, - где удобряли землю раз в 12, 15, 18 лет. А в Вятской губернии, например, - раз в 20 лет! О какой урожайности может идти речь?.. Но если вы вдруг подумали: «Зато наши крестьяне 7 месяцев в году отдыхали! На печи зимой лежали», то глубоко ошиблись. Зимой работы было тоже невпроворот. Вот пример. Из-за перманентной нищеты русский крестьянин, в отличие от европейского, в сапогах не ходил. Для того чтобы обуть всю семью - 4 человека - в сапоги, крестьянин должен был продать три четверти своего зерна. Это нереально. Сапоги были просто недоступны. Россия ходила в лаптях. В год крестьянин вынашивал от 50 до 60 пар лаптей. Умножим на всю семью. Делали лапти, естественно, зимой, летом некогда было. Дальше... Купить ткань на рынке крестьянин не мог. Точнее, мог, но в качестве какого-то редкого роскошного подарка - и то только жене, дочке никогда не покупал. А одеваться надо. Поэтому женщины зимой пряли и ткали. Плюс приготовление ремней, сбруи, седелок... Заготовка леса на дрова... Между прочим, до конца XVIII века в России не было даже пил, и лес валили топорами. Причем поскольку печи были несовершенные, а потолков в избах не было вовсе (потолки как дополнительные теплоизоляторы начали появляться только во второй половине XVIII века), дров требовалась просто уйма - примерно 20 кубометров. … - Летом русский крестьянин вставал в третьем-четвертом часу ночи и шел на скотный двор - задавать корм, убирать навоз, - а потом до обеда работал в поле. После обеда был часовой-полуторачасовой сон. Спать мужики ложились в одиннадцатом часу. Женщины немного позже, поскольку сидели за рукоделием. Зимой режим был практически тот же, с тем только исключением, что ложились спать на час раньше - в десять. ...Ну, скажите, можно так жить?.. Жизнь русского крестьянина не сильно отличалась от жизни первобытного неолитического дикаря. Разве что в худшую сторону... Что представляла собой русская изба, например? Низкое однокомнатное сооружение, крытое соломой. Про отсутствие потолка уже сказали. Пол зачастую был земляным. Входная дверь - редко выше метра, а иногда встречались двери и по полметра! Типичная русская изба до XIX века топилась по-черному. Окон в этом странном сооружении не было. Дым выходил в так называемые волоковые оконца размером в полбревна. О постельном белье и даже матрацах и перинах крестьяне долгое время вообще представления не имели, спали на дерюге и соломе. В одной «комнате» вповалку спали на лавках и полатях 8-10 человек. Здесь же находилась скотина - куры, свиньи, телята... Воображение зарубежных путешественников поражали свисающие с полатей головы, ноги, руки. «Мне ежеминутно казалось, что они свалятся на пол», - писал исследователь русского быта Кокс. Крестьяне топили печь с утра. К трем-четырем часам дня она сильно нагревалась, и весь вечер стояла дикая жара. Порой среди ночи, спасаясь от невыносимой духоты, мужики выскакивали на мороз с грудью нараспашку потные и распаренные - охолонуть. Отсюда, кстати, многочисленные болезни, простуды со смертельным исходом. Зато под утро изба выстывала настолько, что у спящих примерзали бороды к полатям. А поскольку изба топилась no-черному, везде висела длинная черная бахрома из сажи. А запах! В непроветриваемом помещении (берегли тепло) расцветали такие миазмы, что у неподготовленных людей кружилась голова. …. Отупляющий ежедневный труд, не приносящий однако сколько-нибудь значимых плодов и не сулящий перспектив; черный беспросветный быт; жизнь на грани постоянного голода; абсолютная зависимость от погодных условий не могли не сказаться на формировании русского психотипа. Сколько бы ты ни работал, все равно все в руках Божьих, захочет - даст, не захочет - сдохнешь. Работай, не работай - от тебя почти ничего не зависит. Отсюда в русских эта вечная зависимость от «решений свыше». Отсюда доходящая до мракобесия суеверность и вечный расчет на авось. И по сию пору основными богами после Христа для россиянина остаются Великий Господь Авось и брат его Небось. Все жизненное время русского человека, кроме сна, с самого детства уходило на простое физическое выживание. Беременные бабы горбатятся в поле до последнего и там же рожают. Не зря в русском языке слова «страда» и «страдания» имеют один корень... Живущий в вечном экстремуме человек, у которого вымирает до половины родившихся детей, перестает ценить и чужую, и собственную жизнь. Которой все равно не он, а Бог распоряжается. Отсюда и отношение к детям совершенно потребительское. Дети - вещь для подмоги по хозяйству. Отсюда и обращение к любимым чадам: «Убить тебя мало!» …… Неприхотливость и долготерпение, минимизация уровня потребностей («лишь бы не было войны»), пренебрежение к окружающим и вместе с тем крайняя от них зависимость, готовность помочь и черная зависть, эмоциональная открытость и радушие, которые мгновенно могут смениться ненавистью - вот лишь неполный перечень качеств русского человека, доставшихся нам от наших несчастных предков». *** Без комментариев.