Первая красотка в городе

Шизофреничка. Красивая шизофреничка. Что-то или кто-то, рано или поздно, ее окончательно подкосит. Я надеялся что это буду не я.

– Почему ты уродуешь свою красоту? – спросил я. – Разве нельзя просто с нею жить?
– Потому что люди думают, что во мне больше ничего нет. Красота ничто, красота не останется навсегда. Ты даже не знаешь, как тебе повезло, что ты такой урод, поскольку если ты людям нравишься, то знаешь, что они тебя любят за что-то другое.

У нее была привычка добрее относиться к уродам; от так называемых красавчиков ее тошнило:
– Кишка тонка, – говорила она. – Без перчика. Полагаются на идеальную форму ушек и тонко вылепленные ноздри… Одна видимость, а внутри шиш…

Так грустно, всё так грустно - живем всю жизнь, как идиоты, а в самом конце подыхаем.

Фактически, - сообщил я ей, - я - гений, только никто этого не знает, кроме меня.

С деньгами две фигни: когда их слишком много и когда их слишком мало. А я как раз снова попал в фазу "слишком мало".

Азартная игра - подмена мастурбации.

Для меня ничего - это много, я - богач, наслаждаюсь ничем, у меня есть звёзды и солнце, и моря под покровом ночей...

О, счастливый я, жизнь роскошная моя, и карманы рвутся от мечтаний... хоть пуст мой кошелёк, но я - почти что бог, и карманы рвутся от мечтаний...

Новое Федеральное здание остекленело торчит над Лос-Анджелесом как взбесившийся бокал; в нем кафкианские анфилады комнат, и у владельца каждой — персонососальная секретарша; все кормятся друг от друга и тихо возятся в тепле и уюте, как черви в яблоке.