Представление

23:19

==================================================================================
Капитан протянул ему сигареты в знак того, что разговор будет неофициальный. Он сказал:

•  Приближается Новый год. К сожалению, это неизбежно. Значит, в казарме будет пьянка. А пьянка - это неминуемое чепе… Если бы ты постарался, употребил, как говорится, свое влияние… Поговори с Балодисом, Воликовым… Ну и, конечно, с Петровым. Главный тезис - пей, но знай меру. Вообще не пить - это слишком. Это, как говорится, антимарксистская утопия. Но свою меру знай…

==================================================================================

•  До Нового года еще шесть часов, - отметил замполит, - а вы уже пьяные как свиньи.

-  Жизнь, товарищ лейтенант, обгоняет мечту, - сказал Фидель.
==================================================================================
Около двенадцати прибежал инструктор Воликов с криком:

•  Охрана, в ружье!

Его окружили.

•  На питомнике девка кирная лежит, - объяснил инструктор, - может, с высылки забрела…

В нескольких километрах от шестого лагпункта был расположен поселок Чир. В нем жили сосланные тунеядцы, главным образом - проститутки и фарцовщики. На высылке они продолжали бездельничать. Многие из них были уверены, что являются политическими заключенными…
Парни толпились возле инструктора.

•  У Дзавашвили есть гандон, - сказал Матыцын, - я видел.
•  Один? - спросил Фидель.
•  Тоже мне, доцент! - рассердился Воликов. - Личный гандон ему подавай! Будешь на очереди…
•  Банальный гандон не поможет, - уверял Матыцын, - знаю я этих, с высылки… У них там гонококки, как псы… Вот если бы из нержавейки…

Алиханов лежал и думал, какие гнусные лица у его сослуживцев.
«Боже, куда я попал?!» - думал он.
==================================================================================
«Главное в книге и в женщине - не форма, а содержание…»
Даже теперь, после бесчисленных жизненных разочарований, эта установка кажется мне скучноватой. И мне по-прежнему нравятся только красивые женщины.
Более того, я наделен предрассудками. Мне кажется, например, что все толстые женщины - лгуньи. В особенности, если полнота сопровождается малым бюстом…
==================================================================================

•  Не кричи. Офицеры созданы, чтобы погибать… И еще раз повторяю - это был несчастный случай… А главное - куда девались сигареты?..

==================================================================================
Я слышал, ты писателем заделался? Вот опиши случай из жизни. У меня с отдельной точки зек катапультировался. Вывел я бригаду сантехников на отдельную точку. Поставил конвоира. Отлучился за маленькой. Возвращаюсь - нет одного зека. Улетел… Нагнули, понимаешь, сосну. Пристегнули зека к верхушке монтажным ремнем - и отпустили. А зек в полете расстегнулся - и с концами. Улетел чуть не за переезд. Однако малость не рассчитал. Надеялся в снег приземлиться у лесобиржи. А получилось, что угодил во двор райвоенкомата… И еще - такая чисто литературная деталь. Когда его брали, он военкома за нос укусил…
==================================================================================
Еврей говорит: «Задница - лицо человека!» А теперь посмотри на свою… Какие-то складки…
==================================================================================

•  Деньги? - насторожилась тетка. - Откуда? Я знаю, что в лагере деньги иметь не положено.
•  Деньги как микробы, - сказал Борис, - они есть везде. Построим коммунизм - тогда все будет иначе.

==================================================================================
Наконец-то я уловил самую главную черту в характере моего брата. Он был неосознанным стихийным экзистенциалистом. Он мог действовать только в пограничных ситуациях. Карьеру делать - лишь в тюрьме. За жизнь бороться - только на краю пропасти…
==================================================================================

•  Как странно! Я - наполовину русский. Ты - наполовину еврей. Но оба любим водку с пивом…

==================================================================================
В аэропорту мой брат заплакал. Видно, он постарел. Кроме того, уезжать всегда гораздо легче, чем оставаться…
Четвертый год я живу в Нью-Йорке. Четвертый год шлю посылки в Ленинград. И вдруг приходит бандероль - оттуда.
Я вскрыл ее на почте. В ней лежала голубая трикотажная фуфайка с эмблемой олимпийских игр. И еще - тяжелый металлический штопор усовершенствованной конструкции.
Я задумался - что было у меня в жизни самого дорогого? И понял: четыре куска рафинада, японские сигареты «Хи лайт», голубая фуфайка да еще вот этот штопор…
==================================================================================
В трамвае красивую женщину не встретишь. В полумраке такси, откинувшись на цитрусовые сиденья, мчатся длинноногие и бессердечные - их всюду ждут. А дурнушек в забрызганных грязью чулках укачивает трамвайное море. И стекла при этом гнусно дребезжат.
==================================================================================
«Что мы собой представляем? - думал Малиновский. - Кто мы такие? Коллекция? Гербарий? Почему я здесь? Почему я заодно с этим шумным гегемоном? Что общего имею с этим мальчишкой, у которого пальцы в чернилах?
==================================================================================
Жестяную солдатскую кружку наполняли водой. Высыпали туда пачку чаю. Затем опускали в кружку бритвенное лезвие на длинной стальной проволоке. Конец ее забрасывали на провода высоковольтной линии. Жидкость в кружке закипала через две секунды.
Бурый напиток действовал подобно алкоголю. Люди начинали возбужденно жестикулировать, кричать и смеяться без повода.
Серьезных опасений чифиристы не внушали. Серьезные опасения внушали те, которые могли зарезать и без чифиря…
==================================================================================

•  Присаживайся, начальник, - донеслось из темноты, - самовар уже готов.
•  Сидеть, - говорю, - это ваша забота.
•  Грамотный, - ответил тот же голос.
•  Далеко пойдет, - сказал второй.
•  Не дальше вахты, - усмехнулся третий…

Все нормально, подумал я. Обычная смесь дружелюбия и ненависти. А ведь сколько я перетаскал им чая, маргарина, рыбных консервов…
==================================================================================
Дневальный пытался заговаривать со мной:

•  А правда, что у вас на «шестерке» солдаты коз дерут?
•  Не знаю. Вряд ли… Зеки, те балуются.
•  По-моему, уж лучше в кулак.
•  Дело вкуса…

==================================================================================

•  Знаете, что говорил Станиславский? - продолжал Хуриев. - Станиславский говорил - не верю! Если артист фальшивил, Станиславский прерывал репетицию и говорил - не верю!..
•  То же самое и менты говорят, - заметил Цуриков.
•  Что? - не понял замполит.
•  Менты, говорю, то же самое повторяют. Не верю… Не верю… Повязали меня однажды в Ростове, а следователь был мудак…

==================================================================================
Неожиданно Гурин произнес:

•  Сколько же они народу передавили?
•  Кто? - не понял я.
•  Да эти барбосы… Ленин с Дзержинским. Рыцари без страха и укропа…

Я промолчал. Откуда я знал, можно ли ему доверять. И вообще, чего это Гурин так откровенен со мной?..
Зек не успокаивался:

•  Вот я, например, сел за кражу. Мотыль, допустим, палку кинул не туда. У Геши что-либо на уровне фарцовки… Ни одного, как видите, мокрого дела… А эти - Россию в крови потопили, и ничего…
•  Ну, - говорю, - вы уж слишком…
•  А чего там слишком? Они-то и есть самая кровавая беспредельщина…

==================================================================================

•  Загубил ты мои лучшие годы! Бросил ты меня одну, как во поле рябину!..

Но публика сочувствовала Тимофею. Из зала доносилось:

•  Ишь как шерудит, профура! Видит, что ее свеча догорает…

==================================================================================

•  Ты можешь быть серьезным?
•  Конечно.
•  Не уверена. Ты совершенно безответственный… Как жаворонок… У тебя нет адреса, нет имущества, нет цели… Нет глубоких привязанностей. Я - лишь случайная точка в пространстве. А мне уже под сорок. И я должна как-то устраивать свою жизнь.
•  Мне тоже под сорок. Вернее - за тридцать. И я не понимаю, что значит - устраивать свою жизнь… Ты хочешь выйти замуж? Но что изменится? Что даст этот идиотский штамп? Это лошадиное тавро… Пока мне хорошо, я здесь. А надоест - уйду. И так будет всегда…
•  Не собираюсь я замуж. Да и какой ты жених! Просто я хочу иметь ребенка. Иначе будет поздно…
•  Ну и рожай. Только помни, что его ожидает.

==================================================================================
Навстречу шла женщина в белом халате.

•  Посторонним сюда нельзя.
•  А потусторонним, - спрашиваю, - можно?

==================================================================================

•  Вы-то, - говорю, - сами женаты?
•  Конечно.
•  И дети есть?
•  Сын.
•  Не задумывались, что его ожидает?
•  А что мне думать? Я прекрасно знаю, что его ожидает. Его ожидает лагерь строгого режима. Я беседовал с адвокатом. Уже и подписку взяли…

==================================================================================
Я знал, еще три рюмки, и с делами будет покончено. В этом смысле хорошо пить утром. Выпил - и целый день свободен…
==================================================================================
Свою бедность Леопольд изображал так:
«Мои дома нуждаются в ремонте. Автомобильный парк не обновлялся четыре года…»
Письма моего отца звучали куда более радужно: «…Я - литератор и режиссер. Живу в небольшой уютной квартире. (Он имел в виду свою перегороженную фанерой комнатушку.) Моя жена уехала на машине в Прибалтику. (Действительно, жена моего отца ездила на профсоюзном автобусе в Ригу за колготками.) А что такое инфляция, я даже не знаю…»
==================================================================================
Через два месяца - извещение на посылку. Вес - десять с половиной килограммов. Пошлина - шестьдесят восемь рублей.
Мой отец необычайно возбудился. Идя на почту, фантазировал:
«Магнитофон… Дубленка… Виски…»

•  Сколько, по-твоему, весит дубленка?
•  Килограмма три, - отвечал я.
•  Значит, он выслал три дубленки…

Служащий главпочтамта вынес тяжелый ящик.

•  Возьмем такси, - сказал отец.

Наконец мы приехали домой. Отец, нервно посмеиваясь, достал стамеску. Фанерная крышка с визгом отделилась.

•  Идиот! - простонал мой отец.

В ящике мы обнаружили десять килограммов желтоватого сахарного песку…
==================================================================================

•  Что ты будешь пить?
•  Может быть, водку?
•  Слишком рано. Я думаю, - белое вино или чай.
•  Чай, - сказал я.
•  И фисташковое мороженое.
•  Отлично.
•  Что ты будешь пить? - обратился Леопольд к жене.
•  Водку, - сказала Хелена.
•  Что? - переспросил Леопольд.
•  Водку, водку, водку! - повторила она.

Подошел официант, черноволосый, коренастый, наверное - югослав или венгр.

•  Это мой племянник из России, - произнес Леопольд.
•  Момент, - произнес официант.

Он исчез. Внезапно музыка стихла. Раздалось легкое шипение. Затем я услышал надоевшие аккорды «Подмосковных вечеров».
Появился официант. Его физиономия сияла и лоснилась.

•  Благодарю вас, - сказал я.

==================================================================================
В холле было пусто. Рейнхард возился с калькулятором.

•  Я хочу заменить линолеум, - сказал он.
•  Неплохая мысль.
•  Давай выпьем.
•  С удовольствием.
•  Рюмки взяли парни из чешского землячества. Ты можешь пить из бумажных стаканчиков?
•  Мне случалось пить из футляра для очков.

Рейнхард уважительно приподнял брови.
==================================================================================
До этого мы получили инструкции. Представитель месткома сказал:

•  Есть можете сколько угодно.

Мой однокурсник Лебедев поинтересовался:

•  А выносить?

Нам пояснили:

•  Выносить можно лишь то, что уже съедено…

==================================================================================
Короче, я довольно быстро заблудился. Среди одинаковых кирпичных пакгаузов бродили люди. Я спрашивал у некоторых - где четвертый холодильник? Ответы звучали невнятно и рассеянно. Позднее я узнал, что на этой базе царит тотальное государственное хищение в особо крупных размерах. Крали все. Все без исключения. И потому у всех были такие отрешенные, задумчивые лица.
Фрукты уносили в карманах и за пазухой. В подвязанных снизу шароварах. В футлярах от музыкальных инструментов. Набивали ими вместительные учрежденческие портфели.
Более решительно действовали шоферы грузовиков. Порожняя машина заезжала на базу. Ее загоняли на специальную платформу и взвешивали. На обратном пути груженую машину взвешивали снова. Разницу заносили в накладные.
Что делали шоферы? Заезжали на комбинат. Взвешивались. Отгоняли машину в сторону. Доставали из-под сиденья металлический брусок килограммов на шестьдесят. Прятали его в овраге. И увозили с овощехранилища шестьдесят килограммов лишнего груза.
Но и это все были мелочи. Основное хищение происходило на бумаге. В тишине административно-хозяйственных помещений. В толще приходо-расходных книг.
Все это я узнал позднее. А пока что бродил среди каких-то некрашеных вагончиков.
==================================================================================
«Раздолбай» явно относилось ко мне. Я хотел было пройти не оглядываясь. Вечно я реагирую на самые фантастические оклики. Причем с какой-то особенной готовностью.
==================================================================================
Я шел и повторял: «О, как жить дальше? Как жить дальше?.. Нельзя быть девственником в мои годы! Где достать цианистого калия?!.»
==================================================================================
Мой однокурсник Зайченко спросил:

•  Что значит - нарисовать?

Бригадир ответил:

•  Нарисовать - это сделать фокус.
•  А что значит - вилы? - поинтересовался Лебедев.
•  Вилы, - сказал бригадир, - это тюрьма.

И добавил:

•  Чему только их в университете обучают?!
•  Не тюрьма, - радостно поправил его грузчик с бородой, - а вышка.

==================================================================================

•  А где же мне быть? Где же мне работать, по-твоему? В школе? Что я там буду воровать, промокашки?! Устраиваясь на работу, ты должен прежде всего задуматься: что, где и как? Что я смогу украсть? Где я смогу украсть?. И как я смогу украсть?.. Ты понял? Вот и хорошо. Все будет нормально. К вечеру бабки появятся.

==================================================================================
«Если женщина отдается радостно и без трагедий, это величайший дар судьбы. И расплатиться по этому счету можно только любовью…»