Пьесы

Альма: Я и вправду, видно, больна: есть такие натуры – бессильные, раздвоенные, – мелькают тенью среди вас, цельных и крепких. Но бывает, что и в нашем хилом народце пробуждается сила – сами в себе находим, по необходимости.

Джон: Вечность. Что такое вечность?
Альма (приглушенно, сама пытаясь понять): Это то, что остаётся навсегда-навсегда, когда нет уже ни жизни, ни смерти, ни времени, и вообще уже ничего нет.
Джон: Такого не бывает.
Альма: Бывает. Там обитает душа, когда покидает тело.

“Она там знаменита, как президент Соединенных Штатов, только не пользуется уважением ни партий, ни избирателей.”

Нет, если в доме женщины, какой уж тут покер.

Память своевольна, как поэзия. Ей нет дела до одних подробностей, зато другие проступают особенно выпукло. Все зависит от того, какой эмоциональный отзвук вызывает событие или предмет, которого коснется память; прошлое хранится в сердце

Но смерть не приходит, когда зовёшь её, а всегда не вовремя и без приглашения.

Одинокой женщине, когда у неё никого на всём белом свете, нельзя давать воли чувствам – пропадёт...

Вы — не такая, как все, но этого не нужно стыдиться. Потому что у остальных нет ничего своего, они ничем не примечательны. Их много, а таких, как вы, — одна на тысячу

ШЕННОН. А-а, и тут нацисты! И чего это их столько нанесло сюда в последнее время?
МЭКСИН. Мексика, дорогой мой, - это парадная дверь в Южную Америку и чёрный ход в Штаты - вот почему.

ДОРОТИ. Цветы - как люди. Им не положено быть дикими, расти как попало. Их надо...
МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Шеренгами высадить? Все понятно: вы - фашистка от садоводства.

Сидит раз старик у себя на дворе; сидит, бросает цыплятам пригоршни кукурузных зерен... как вдруг - отчаянное кудахтанье, и из-за дома, сломя голову, молоденькая курочка; а за ней по пятам - петух; догнал, вскочил на нее... но только приметил корм, тут же отпускает ее с миром и давай клевать зерно. А старик посмотрел и говорит: "Не дай бог самому так оголодать когда-нибудь!"

Жизнь не остановишь. Что бы там ни случилось, а раз уж взялся, знай тяни свою лямку.

“Но есть у мужчины с женщиной свои тайны, тайны двоих в темноте, и после все остальное не столь уж важно.”

“я имею несчастье преподавать английский. Пытаюсь внушить благоговение перед Готорном, Уитменом и По ораве голенастых девчонок и безалкогольно-лимонадных Ромео.”

Не выношу этих голых лампочек. Все равно что сальность или хамская выходка.

"До чего же все в этой жизни перепутано..."

“Вдруг оказалось, что молодости-то уже нет и в помине — закрутилась и словно вихрем унесло…”

“Он был на зыбучем песке и цеплялся за меня, а я вместо того, чтобы вытаскивать его, гибла с ним заодно.”

“Ведет себя как скотина, а повадки — зверя! Ест как животное, ходит как животное, изъясняется как животное! Есть в нем даже что-то еще недочеловеческое — существо, еще не достигшее той ступени, на которой стоит современный человек. Да, человек-обезьяна, вроде тех, что я видела на картинках на лекциях по антропологии. Тысячи и тысячи лет прошли мимо него, и вот он, Стэнли Ковальский — живая реликвия каменного века!”

“Кажется, так уж заведено: в страдании люди искренней.
МИТЧ. Конечно: искренность в людях от горя.
БЛАНШ. Да она и осталась-то теперь только у тех, кто страдал.”