Ангел мой

В предлагаемой читателю книге блестящей французской писательницы, классика XX века Сидони-Габриель Колетт включены романы, впервые изданные во Франции с 1920 по 1929 годы, в том числе широко известная дилогия об ангеле, а также очерк ее жизни и творчества в соответствующий период. На русском языке большинство произведений публикуется впервые.

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,7

29 оценок

5
34%
4
31%
3
17%
2
14%
1
3%

Ваша оценка

Прочитали 33Хотят прочитать 55

Рецензии

noctu17 ноября 2022 г.
Когда-то давным-давно, в одной далекой-далекой стране я ходила на очередной байопик о писательнице Сидони-Габриэль Колет. Я не знала о ней ровным счетом ничего, а потом - слишком много того, что мне казалось ненужным. Прошли годы, как и требует повествование, и тут приближается внезапный поворот в сюжете - мне попадается в руки сборник разрозненных то ли рассказов, то ли заметок о жизни Колет, которые называются почему-то "романом".
"Дом Клодины" покорил меня первым же рассказом "Где же дети". Лиричность повествования и яркость образов просто завораживают. Я сразу же прониклась тишиной сада, по которому мать Клодин ходит в тщетных поисках куда-то запропастившихся детей. Или взять тот дом, обычный буржуазный дом в маленьком городке с почерневшим фасадом и большими окнами. Пусть он и выглядит абсолютно обычно, но все же в нем есть изюминка как снаружи, так и внутри - это крыльцо, придающее дому облик слегка ухмыляющийся, а внутри - вся семья Клодин, каждый со своей искоркой.
Я слегка разочаровалась на первых страницах, увидев, что истории как-будто не связаны друг с другом. Спустя несколько глав становится ясно, что Колет пишет об одной семье в хаотичной манере записок о самых памятных событиях и людях. Иногда они лишь интерлюдии вроде рассказов о кошках, населявших дом, пауке и прочей живности. Эти главы так и сочатся теплом и лиричностью. Им на смену приходят хватающие за сердце холодной рукою главы о членах семьи. Самые эмоционально-заряжающие - главы о родителях, особенно ближе к концу, когда на них начинает сказываться возраст - "Смех" и "Мама и запретный плод". Или глава про малышку Буйу - в одном коротком рассказе Колет смогла передать столько, сколько Золя покрывал целыми романами. Еще из моих самых любимых - про странное увлечение одного из братьев эпитафиями и надгробиями. Вместе они-таки складываются в одну историю о семье, жившей когда-то в улыбающейся одной стороной доме.
Больше всего места отводится матери - она появляется в каждом рассказе и ее образ дышит такой любовью, что прям глоток из ледяного родника в изнуряющую жару. Я вот так с ходу не могу припомнить других произведений, где любовь матери и к матери описывалась бы так нежно. Меньше здесь об отце и с намеками на его грешки вроде растрат, но при этом и отношения родителей, проступающие на страницах, полны любви.
Что еще идет подспудно, так это ощущение, что домой возврата нет. "Мир, которого я больше не достойна", - пишет Колет. Зная ее печальную историю брака и представляя, как она писала эти главы, полные любви и теплоты, будучи запертой в комнате мужем, не выпускавшем ее до окончания рукописи, то становятся понятны эти пятна сожаления об утраченном.

Согрешить и кусать себе локти, согрешить и изгнать недостойного - это не непоправимый стыд. Несчастье начинается тогда, когда ты соглашаешься выйти замуж за бесчестного человека, ошибочно надеешься, что тот, кто отвратил тебя от родительского крова, способен создать семейных очаг.
Читать далее
19
534
Anonymous23 октября 2018 г.
Трогательная история. Видимо, этот роман - основоположник жанра любовного романа, слава богу ещё без нефритовых стержней.
Прежде всего - время. Может быть, Колетт писала исключительно о своей эпохе, без каких-то задних мыслей, однако само то время было каким-то безвременным: уже существовали автомобили и телефоны, но всё ещё сохранялись нравы и титулы прошлой эпохи.
Должна была существовать завязка: влюблённых заставляют расстаться. Тут как-то довольно невнятно, почему именно им нужно расстаться. Мать Ангела решила, что для него было бы неплохо жениться, а он поддержал идею. Ну не хотелось расставаться - не надо было себя неволить.
Всё же под конец автор признаёт, что подобные отношения, хотя они и похожи на единственную в жизни величайшую любовь (тем более, что эти отношения длились ни много ни мало 7 лет), но всё же они были токсичными. Ангелу эти отношения не давали повзрослеть, а Леа - сжиться со своим возрастом. Автор не захотела пойти против общественных устоев до конца и сообщила нам, что люди разделяются на дельфинов и русалок по возрасту. Конечно, автору виднее, как закончить именно его историю, но мне очень жало Леа в конце.
Роман такой же нежный, как и предыдущий прочитанный у Колетт. У неё очень хороший описательный стиль, более сильная сторона книги нежели сюжетная составляющая.
Читать далее
11
1,6K
Anonymous13 октября 2018 г.
Моё первое знакомство с Колетт, прошло достаточно неожиданно. Я не ожидала такой нежной прозы. Автор явно с большой любовью отправляется во времена своего детства, а также детства своей дочери. Она с большой любовью отзывается о простом быте в своей семье, рассказывает забавные случаи и описывает своих любимых животных. При этом, поймите меня правильно, эта нежность не вязнет на зубах, это не слащавый сироп, а нежность сильного человека в минуту ностальгии.
11
1K

Все рецензии

Цитаты

marusi49 июня 2009 г.
мужчина - это... это всего лишь мужчина... мужчина никогда не бывает один... у него всегда есть жена, другая, любовница, мать, служанка, секретарша, родственница - одним словом, она!
3
1K
Oskar77711 апреля 2021 г.
«Я ещё могу её ранить, но до чего же быстро на ней всё заживает… И здесь тоже я не нужен, и здесь меня не ждут… Она меня обошла и идёт дальше. Как сказала бы старуха, я её "первый круг"… Мне следовало бы вести себя так же, если б я мог. Но я не могу.
И ещё вопрос: захотел бы я этого, если бы даже и мог? Эдме не пришлось, как мне, столкнуться с тем, что встречаешь только раз в жизни и от чего уже не можешь оправиться никогда… Спелеев говорил, что некоторые лошади после падения, даже если они ничего себе не повредили, уже не могут больше взять препятствие, их легче убить, чем заставить прыгнуть… Мне встретилось такое неудачное препятствие…»
Читать далее
1
376
chidzhiik7 мая 2015 г.
Неужели, читая мою книгу, вы полагаете, что я пишу свой портрет? Терпение: это только моя модель.
1
511