Введение в политическую философию

Профессор Чикагского университета Лео Штраус считается родоначальником американской неоконсервативной идеологии. Родился этот политический мыслитель в Германии в 1899 году, затем жил во Франции и Англии, пока, наконец, не осел в США, получив приглашение от расположенной в Нью-Йорке Новой школы социальных исследований. Основными работами Лео Штрауса, в которых была изложена его политическая концепция, являются «Естественное право и история», «Введение в политическую философию» и «О тирании». Степень доктора философии Штраус получил ещё в Германии, где являлся учеником известного консервативного политического философа Карла Шмитта. Кроме работ своего учителя, Штраус изучал произведения Фридриха Ницше, Артура Шопенгауэра, Мартина Хайдеггера и других классиков европейской философии. Вдумчивое чтение и толкование произведений различных мыслителей вообще можно назвать излюбленным методом Штрауса. При этом он считал, что в каждом философском произведении содержится два уровня письма – эзотерический, предназначенный для узкого круга читателей-толкователей, и экзотерический, доступный всем. Представление о «двуслойной» структуре любой теории или системы идей сыграет важную роль в дальнейшем развитии неоконсервативной идеологии. Что касается конкретных влияний различных философов на мировоззрение Лео Штрауса, то для понимания генезиса неоконсерватизма необходимо выделить следующие. Прежде всего, из учения Платона Штраус вынес представление об идеальном устройстве государства. Согласно Платону, на вершине властной пирамиды должны находиться философы, уровнем ниже – воины, обеспечивающие силовую поддержку управленческих функций философов, а ещё ниже в социальной пирамиде находятся все остальные граждане, выступающие, таким образом, не субъектами, а объектами управления. Главным средством управления массами являются специально созданные для этого мифы, теории и идеи. При этом самим философам вовсе не обязательно верить в эти мифы, они вполне могут осознавать, что за ними ничего нет, и они лишь прикрывают невозможность истинного познания мира и отсутствие безусловных ценностей. А массам это знать не обязательно, ибо вынести бремя агностицизма и ценностного нигилизма им обычно не под силу. Именно способность жить в таком «голом» мире отличает интеллектуальную аристократию от плебса. В этом пункте Штраус отошёл от основной линии развития европейской консервативной мысли, ибо хотя ей тоже были присущи антиэгалитаристские тенденции, всё же консерваторы обычно верили в истинность пропагандируемых ими ценностей и идей. Можно предположить, что представление о «ничто», скрытом системами метафизики и этики, Штраус взял у Мартина Хайдеггера, уделявшего большое внимание деконструкции европейской метафизической традиции и постулировавшего исчезновение связи с подлинным бытием в современной европейской культуре. Подлинное бытие – это и есть «ничто», а всё, что составляет содержание мировоззрения обычного европейца, есть лишь «тени на стене», порождённые метафизикой. Истинное же знание доступно лишь философам и поэтам. Деление людей на философов, знающих истину и способных благодаря этому управлять массами, и плебс, пребывающий в заблуждениях и нуждающийся в руководстве, неизбежно ведёт к признанию двойной морали. И здесь мы фиксируем явное влияние на Штрауса философии Фридриха Ницше, который не только постулировал наличие особой «морали господ» и «морали рабов», но и выводил из этого деление людей на «высших» («сверхлюдей») и «низших». Однако если, по Ницше, традиционные системы морали (в частности, христианская) есть лишь сознательная ложь «господ» для управления массами, то из этого следует крайняя степень релятивизации этики и метафизики. Постулируемые ими идеи и ценности есть лишь прикрытие, меняющееся от эпохи к эпохе, а первичной и единственно подлинной реальностью является экзистенциальная жизненная стихия, принципиально иррациональная и инстинктивная. Ещё ценимый Штраусом Шопенгауэр говорил, что базовым инстинктом поведения человека в этой иррациональной стихии является не разум, а воля. А Ницше предлагает важное уточнение – не просто воля, а воля к власти. Поэтому и в области политики, которая есть сфера управления общественными процессами, человек должен руководствоваться исключительно волей к власти, а не какими-то абстрактными принципами, необходимыми лишь для прикрытия его действий в глазах масс. Первым действием политика должно быть различение друзей и врагов, ибо конституирование врага есть в то же время и конституирование самого себя через формирование собственной идентичности. И в парадигме «друг-враг» политик и должен действовать в дальнейшем. Здесь проявилось влияние политической философии Карла Шмитта, как и в убеждении Штрауса в преимуществе иерархической структуры общества. Таким образом, идейные истоки неоконсервативной теории Штрауса лежат в различных философских концепциях, в которых европейский консерватизм черпал своё вдохновение. Поэтому его политическую философию саму по себе сложно назвать оригинальной. Вероятно, если бы Лео Штраус остался в Европе, он не стал бы родоначальником новой идеологии консервативного типа. Однако перемещение в США привело к тому, что мыслитель оказался в принципиально ином социо- и политикокультурном контексте. Дело в том, что американский консерватизм формировался в эпоху развитых буржуазно-капиталистических отношений и не нёс в себе симпатий к добуржуазно-феодальным общественным отношениям. Классические консерваторы отстаивали ценности, которые деятели европейской консервативной революции назвали бы чрезмерно либеральными и демократическими. Например, классический европейский консерватизм проповедовал элитаризм, а идеология американских консерваторов была в целом эгалитаристской. И Лео Штраус предпринимает попытку синтезировать своё сформированное в Европе мировоззрение с идеологией американских консерваторов, соединяя, таким образом, два фундаментальных идейных блока. С одной стороны, это аристократизм эзотерического характера, воинственный дух, стремление к империализму и политическому господству. А с другой, либеральный демократизм, индивидуализм, личная свобода и прагматизм. Отсюда политическая философия Штрауса, лёгшая в основу идеологии его учеников-неоконсерваторов, это синтез европейского консерватизма с либерально-демократическим мессианизмом.