Путь к процветанию. Новое понимание счастья и благополучия

В результате эмпирических исследований было подтверждено, что психическое здоровье и психические заболевания являются не противоположными концами одного континуума, но скорее составляют два различных измерения функционирования человека. И Кори Кейс как раз предлагает модель психического здоровья и психических заболеваний, которую называет «модель двух континуумов». Использовав факторный анализ, ему удалось обнаружить убедительные подтверждения этой модели в ходе репрезентативного опроса более трех тысяч взрослых американцев. Ученый выяснил, что лишь около 17 % участников опроса были «совершенно здоровы» психически (то есть имели низкие показатели психических заболеваний и высокие – психического здоровья). Примерно 10 % чувствовали подавленность, но при этом не страдали от болезни (низкие показатели и психических заболеваний, и здоровья). Это именно та категория людей, о которой говорится в начале главы 9: «типично и распространено не иметь психических отклонений, но чувствовать себя потерянным и тоскующим». И, наконец, примерно 15 % были психически здоровыми, хотя и страдали от психологических проблем. Две последние группы не укладываются в традиционные представления о континууме психического здоровья и болезней, и таким образом их существование подтверждает модель двух континуумов Кейса.

Валовой внутренний продукт измеряет объем произведенных и потребленных товаров и услуг, и любые события, которые увеличивают этот объем, увеличивают и ВВП. Неважно, если эти события вдруг ухудшат качество жизни. Каждый раз, когда начинается бракоразводный процесс, ВВП растет. Каждый раз, когда сталкиваются два автомобиля, ВВП растет.

Чем больше люди глотают антидепрессантов, тем сильнее идет вверх ВВП. Больше работы у полиции, дальше добираться до работы – ВВП растет, несмотря на то, что это понижает качество жизни. Лишенные чувства юмора экономисты называют это «достойным сожаления». В расчет ВВП включаются продажи сигарет и прибыли казино. На несчастьях основано преуспевание целых отраслей, таких как юриспруденция, психотерапия и фармакология. Речь идет не о том, что юристы, психотерапевты и фармацевтические компании плохи, скорее о том, что ВВП слеп, когда дело касается источника роста объемов товаров и услуг – страдание это или радость.

Разницу между благополучием и валовым внутренним продуктом можно оценить количественно. В течение последних пятидесяти лет показатель удовлетворенности жизнью в США замер, хотя ВВП утроился.

Сейчас в развитых странах почти всё лучше, чем пятьдесят лет назад, и только идеологически зашоренный человек может не видеть этого. Покупательная способность в Соединенных Штатах выросла в три раза. Площадь среднестатистического дома увеличилась вдвое – со 110 до 230 м {2}. В 1950 году на двоих водителей приходилась одна машина; сейчас в США больше машин, чем людей, имеющих водительские права. Если раньше только один из пяти детей мог продолжить образование после окончания школы, то теперь это доступно каждому второму. Красивее стала одежда и даже люди. Прогресс не ограничивается материальной стороной жизни {5}: стало больше музыки, расширились права женщин, меньше расизма, больше развлечений и больше книг. Если бы мои родители, жившие со мной и моей старшей сестрой Бет в доме площадью 110 м {2}, узнали, что всего этого удастся достичь через пятьдесят лет, они сказали бы: «Это рай». Но это не рай.

Депрессия все чаще поражает все более юных, а средний по стране уровень счастья, который полвека отслеживали эксперты, не поспевает за улучшившимися условиями жизни. Он вырос точечно, если вообще вырос {6}. Среднестатистические датчанин, итальянец и мексиканец удовлетворены жизнью несколько больше, чем пятьдесят лет назад, но среднестатистические американец, японец и австралиец – не больше, а среднестатистические британец и немец – меньше. Среднестатистический россиянин гораздо более несчастлив.