Жизнь и приключения Николаса Никльби. В двух томах. Том 2

Когда я была маленькая, моей самой ненавистной книгой были "Приключения Оливера Твиста". Книги, где все страдают мне, на самом деле, и теперь удовольствия не доставляют. Но Записки Пиквикского клуба - это, конечно, что-то.

И я верю, то даже мертвые англичане заслуживают пересмотра мнения, поэтому время от времени я возвращаюсь к авторам, которые мне не нравятся, чтоб проверить,а не доросла ли я до них случаем.

Вот до Диккенса я вряд ли уже дорасту. Потому что Николас Никльби вызвал у меня точно то же ощущение недоумения, что и Оливер Твист.

Все плохие персонажи плохи настолько, что вот-вот ждешь, что появится Дьявол и всех их утащит к себе. Все хорошие персонажи хороши настолько, что странно, что плачут они слезами, а не патокой.

Я искренне не понимаю, как он смог написать этот текст, если параллельно работал над Посмертными записками. Разве что у него был биполярный синдром, и хорошую его часть он использовал для Пиквика, а плохую для Никльби.

Не люблю, не люблю Диккенса.

П.С. для любознательных: Чарльз Диккенс придумал слово boredom, скука. Очень характерное для него достижения, я считаю.

Тяжело шёл у меня в этот раз любимый Диккенс. А так всё хорошо начиналось! Из предисловия автора узнала, что эта история отражает реальное состояние дел в Йоркширских школах. Потирала от предвкушения руки: любимый писатель – любимая тема. Но не задалось. То ли время выбрала неподходящее, то ли какие другие причины. Но при всём при этом книга мне понравилась. Традиционный Диккенс дал традиционно идеализированные характеры главных героев, традиционно несколько раз завернул покруче сюжет, разбавил всё это традиционными картинами бедной, униженной и оскорблённой Англии, смешал с радикальным делением на хороших и плохих героев. И традиционно привёл нас к хэппи-энду, заставив по пути пролить немалое количество слёз нал судьбами персонажей. И мне нравится эта традиционность! Уж очень идеальный Николас, и его идеальная сестра Кэт между тем не отталкивают, а, наоборот, притягивают к себе симпатии автора. Какие характеры! Какая сила воли! И не только в борьбе с нищетой, людской злобой, коварством дядюшки, но и внутри семьи такая кротость и любовь по отношению к своей (извините) полусумасшедшей матушке. А сколько сатиры и иронии в создании второстепенных образов – типичных представителей викторианской Англии – семейство Уититерли, чета Кенуигс со чадами, налоговый сборщик дядюшка Лиливик и неизвестная актриса известного театра миссис Питоукер, модистка мадам Манталини и бакенбарды её мужа-красавца, бродячие артисты артисты! Что за прелесть эти карикатуры! Замечательный роман!

Книга, прочтение которой принесло мне несколько открытий, но при этом еще раз напомнило мне, за что же я так люблю Диккенса.

Первым открытием для меня стало, что оказывается в Англии 19 века совершенно любой мой открыть частную школа, никакой лицензии или диплома для этого не требовалось. Хочешь быть директором частной школы? Давай объявление в газете и будь им! Чем и пользовались алчные охотники за наживой - родители тебе платят деньги за своих отпрысков, ты сам решаешь, на что их тратить, плюс у тебя появляется дармовая рабочая сила в виде пары десятков подростков, которых можно использовать в личном подсобном хозяйстве.

Чтобы было понятно о чем это я, приведу фрагмент урока мистера Сквирса, директора такой частной школы для мальчиков.

- Что такое лошадь?

• Лошадь - это скотина, сэр.
• Правильно, а за скотиной нужен уход, так что иди на конюшню и займись лошадьми.

  Мистер Сквирс считал такую методику своим ноу-хау - ведь он не просто обучал учеников, а преподавал им теорию вместе с практикой.

  Главный герой, Николас Никльби, из-за стечения обстоятельств становится помощником директора в такой вот школе, именно его глазами мы видим весь ужас ситуации. Диккенс эту проблему не выдумал, он действительно посетил несколько школ в Йоркшире, где увидел много невежества, нужды и бесчеловечного отношения к детям. За этот роман его много критиковали, так как волна возмущения после его публикации накрыла и порядочных директоров частных школ, которые не были ни жестокими, ни невежественными. Но лес рубят - щепки летят.

  Вторым открытием для меня стало то, как Диккенс вывел в романе свою матушку в образе недалекой и простоватой миссис Никльби (об этом было сказано в примечании переводчика). Мне казалось, что он своими романами всегда пропагандировал почтительность к родителям, а тут такой вот хулиганский финт. Хотя старушка у него получилась милая, моя любимая героиня в этом романе, один ее рассказ о том, как она лечила простуду чего стоит)))

  А вот за что же я люблю Диккенса так за то, что в его романах зло и жадность всегда наказаны, а добро и честность торжествуют. В нашем таком сложном мире, где много двойных стандартов и непонятные нормы морали, бывает так утешительно прочесть Диккенса и хоть ненадолго оказаться в мире, где черное - это черное, а белое - это белое, и все жили долго и счастливо.