Список Магницкого, или Дети во сне не умирают

Уф, как-то гаденько получилось. Вроде бы автор и себя не возносит на пьедестал святости, а нет ему особой веры. Так преподносить изнанку жизни в тюремной психбольнице может человек, подсознательно испытывающий желания, аналогичные желаниям женоподобного главврача сего заведения. И недаром же образ Элтона удался автору намного ярче и живее остальных героев дневниковых записей. Автор честно признается в собственной предвзятости:

Ловлю себя на мысли, что мне тоже уже нравится ощущать власть над больными, распоряжаться их лечением, которое многие из них воспринимают как наказание.

Но, это только первый шажок, открывающий только частичку намерений. То, что заложено глубже, нам покажут с другой стороны. Да, разложение сейчас коснулось всех этажей медицины. Как и всего нашего общества, впрочем. Что можно сделать для остановки этого процесса? Может быть, достаточно будет не подпитывать нездоровые фантазии потенциальных клиентов не только обычных психушек и тюрем, но и тех же школ, оказывающихся на передовой.

Как самый незащищенный от атаки нечистот, подростковый возраст реагирует так непредсказуемо, так тяжело. Вот недавно совсем проходил у нас обследование пацанчик пятнадцати лет, молотком забивший своего товарища под воздействием «лирики». Каково ему сейчас? Он уже в здравом уме, в состоянии ужаса от неминуемости того, что дальше будет. Да, нет чудищ, с которыми он боролся в наркотическом угаре. Но встреча с доблестными психиатрами Элтонами ему гарантирована. Останется ли он в здравом уме? Сможет ли выжить и не обозлиться? Вряд ли. А, возможно, ему покажется самой приемлемой перспектива такого ухода? Неэстетичного внешне, но спасающего в данный миг страха:

У О. В. с утреца повесился больной Масаев. Спина распростертого хладного трупа его явилась моим заспанным очам в разверстых дверях каменного мешка Кошкиного дома. Бурый кал ромбиком торчал меж робко волосатых ягодиц. Уж не его ли материла вчера медсестра Любовь Станиславовна на утреннем обходе? Не ему ли обещала веревку? Ему хватило простыни…

Я не могу советовать эту книгу, дабы не распространять нечистоту, вольно или невольно пролезшую на ее страницы. Не надо, не читайте ее. Потом очень долго придется отмывать душу от налипшей на нее грязи воспоминаний.

Вряд ли вы будете хвалиться тем, что работаете психиатром в дурдоме. Или с гордостью рассказывать, что трудитесь в тюрьме. А когда оба варианта совмещаются - работа психиатром в СИЗО отделении для душевнобольных при Бутырской тюрьме... В общем, не такую запись хочется видеть у себя в трудовой книжке. Работа тяжёлая физически и психологически, платят Не хотят люди таким заниматься, и устраиваются туда либо те, кому больше некуда идти работать, не боюсь этого слова, отбросы медицинской сферы. И именно там и работает главный герой и рассказчик "Списка Магницкого". Он, к слову, из этих двух категорий выпадает и в психиатрию пошёл по зову души. Чего люди ждут от врачей? Безусловно, правильного диагноза и правильного же лечения. И ещё немножко сострадания. Человек болеет, человеку плохо, человек хочет, чтобы его если не пожалели, то хотя бы проявили сочувствие - мол, не переживай, пропишу тебе то-то и то-то, пропьшь недельный курс, оклемаешься, будешь как новенький. Такое и от обычных врачей, увы, нечасто услышишь. А уж от тюремных психиатров и медсестёр - тем более. Буйный? Запрём в комнате с мягкими стенами (по правилам положено максимум на четыре часа, но в реальности - хоть на сутки). Или прикуём наручниками к кровати и вколим пару кубиков какой-нибудь медицинской дряни с феерическими побочными эффектами. Пытался неудачно свести счёты с жизнью? На обходе искренне посетуют, что не удалось, и пообещают принести верёвку попрочнее и лезвия поострее. Ну а про феерическое раздолбайство, когда пациенты не видят лечащих врачей неделями, им прописывается активированный уголь от всех болячек, а в дневниках наблюдения описываются поведение и симптомы уже неделю как умершего или убывшего на зону больного, и говорить не надо - и так понятно. Отчасти такое поведение из-за того, что работают там далеко не самые лучшие представители как врачебного дела, так и рода человеческого вообще. Отчасти из-за того, что сложно сострадать человеку, застрелившему восемь человек, или насиловавшего и убивавшего малолетних девушек. И неизвестно, что хуже - действительно ли он псих или же пытается закосить под невменяемого, чтобы уменьшить срок. Даже главному герою это не всегда удаётся - особенно когда твой пациент пытается убить тебя только за то, что ты, "ничтожество", не знаешь, кто такой Декарт...