Франсуаза Саган. Избранные произведения

Видимо, это была попытка самозащиты, попытка внушить себе и внушить ей, что он вполне может прожить неделю без нее, а также попытка внушить себе, что еще существует Париж, и тщеславные притязания, и друзья, но все эти уловки оказались тщетными, потому что вот уже два дня ничего этого для него не существует, и он ничего не видит и не чувствует, и единственное, что живет в нём — это холмы Лимузена и лицо Натали.

Осень медленно и ласково просачивалась в сердце Поль.

Поль вдруг почувствовала к нему какую-то симпатию. Во всяком случае, он вовсе не производил впечатление человека, сознающего свою красоту, - и это уже неплохо.

«— Мне кажется, все и так слишком много знают друг о друге, это довольно утомительно. Известно, кто с кем живет, на какие деньги, кто с кем спит, кто что думает о себе… ну… и многое другое. Немного тайны, для разнообразия, а? Вам это не кажется заманчивым?
Ему явно так не казалось.»

«Когда тебе хорошо, радуешься любой мелочи. Прелесть каждого дня, волнение ночи, легкое и приятное головокружение от спиртного, возбуждение от работы, здоровье, невероятное счастье, когда, просыпаясь, знаешь, что перед тобой целая жизнь, целый долгий день до самого вечера, пока, опустив голову на подушку, опять не погрузишься в небытие. Никогда я еще так не благодарила Бога или собственную мать за то, что существую.»

В двадцать лет все было по-другому. Я прекрасно помню, как я решила во что бы то ни стало быть счастливой.

Жизнь не дамский дневник, не пережевывание опыта.

После концерта он провёл её пить коктейль, другими словами, ей подали апельсиновый сок, а ему двойной джин.

Он чувствовал себя обескураженным, ни на что не годным, его жизнь походила на эту провинциальную глушь.