Муми-Тролль, Людвиг Четырнадцатый и совсем другие

А на завтрак были оладьи, золотистые оладьи с малиновым вареньем.
Еще на завтрак была вчерашняя каша, на которую, однако, никто не польстился, поэтому ее решено было оставить на завтра.

“Всяк должен иногда остаться наедине с собой”

Подумать только! Быть такой красивой и не получать никакой радости от своей красоты!

Кто ест оладьи с вареньем, тот не может быть таким уж страшно опасным. С таким можно говорить.

Какое счастье быть мумми-троллем, прыгать в бутылочно-зеленых волнах моря в искрящихся лучах восходящего солнца!

Либо Ондатр злился, либо ему было очень страшно, либо он злился на то, что ему страшно.

Муми-мама пошла спать в свою комнату, потому что больше всего на свете она любила спать, когда дождь барабанит по крыше.

Да, кстати, ты не видел Ондатра?

• Он еще спит, - грустно ответил Хемуль. - Он считает, что незачем вставать так рано, и, в сущности, он прав.

Пока Волшебник ел, все осмелились чуть-чуть приблизиться к нему. Тот, кто ест блины с вареньем, не может быть так уж жутко опасен.

Ах, как сладко все съесть, все выпить, обо всем поговорить и до того наплясаться, что усталые ноги еле несут тебя домой в тихий предрассветный час — спать, спать!

«Ну никакого порядка на свете, — недовольно подумал Хемуль. — Вчера жарища, сегодня мокротища. Пойду-ка завалюсь снова спать».

Муми-тролль всегда больше всего любил самые последние недели лета, но и сам как следует не знал почему.

— Какую мы получим награду, если найдем сумку? — поинтересовался Снифф.
— Все что угодно, — пообещала мама. — Я задам вам большой пир, а на обед у нас будет одно только сладкое и никто не станет ни умываться, ни рано ложиться спать!
Тут поиски возобновились с удвоенной силой.

— А вы не побоитесь выслушать одну страшную историю? — спросил Снусмумрик, зажигая лампу.
— Насколько страшную? — оживился Хемуль.
— Примерно как отсюда до входа или чуточку подальше, — пояснил Снусмумрик. — Если это тебе о чем-то говорит.

Видишь, вон там, на другой стороне поля, коробку с окнами? Это нора для людей. Называется - дом.

Всякие необыкновенности хороши, но только на время. Страшные истории, промокания и все такое прочее. Но в конечном счете они не дают ощущения уюта.

О, какое счастье быть муми-троллем, только-только пробудившимся ото сна и пляшущим в зеркально-зеленых волнах, пока восходит солнце!

Мама вырубает папу из кабинета...

“Пожалуй, нелишне упомянуть, что в Муми-доме веревочные лестницы были под каждым окном: ведь выходить каждый раз через крыльцо — такая морока!”