Цитаты из книги Сказки

I heard it on the happiest evening of my life, but back then I didn't realize how happy I was!

Радость, которую не с кем разделить - половина радости

Ее нежные ножки резало как ножами, но этой боли она не чувствовала – сердцу ее было еще больнее. Она знала, что один лишь вечер осталось ей пробыть с тем, ради кого она оставила родных и отцовский дом, отдала свой чудный голос и терпела невыносимые мучения, о которых принц и не догадывался. Лишь одну ночь оставалось ей дышать одним воздухом с ним, видеть синее море и звездное небо, а там наступит для нее вечная ночь, без мыслей, без сновидений.

Все были в восхищении, особенно принц; он назвал русалочку своим маленьким найденышем, а русалочка все танцевала и танцевала, хотя каждый раз, как ноги ее касались земли, ей было так больно, будто она ступала по острым ножам. Принц сказал, что она всегда должна быть возле него, и ей было позволено спать на бархатной подушке перед дверями его комнаты.

– Да это больно! – сказала русалочка. – Чтоб быть красивой, можно и потерпеть! – сказала бабушка.

У них не было крыльев, но они плавали в воздухе, невесомые и прозрачные. И вот русалочка почувствовала, что и сама становится похожей на них и всё больше и больше отделяется от морской пены. – Куда я иду? – спросила она, поднимаясь в воздух; и голос её прозвучал так дивно и одухотворённо, что земная музыка не смогла бы передать этих звуков.

Ах, с каким удовольствием скинула бы с себя русалочка все эти уборы и тяжёлый венец, – алые цветы из её садика шли ей гораздо больше.

Лишь одну ночь оставалось ей дышать одним воздухом с ним, видеть синее море и звездное небо, а там наступит для нее вечная ночь, без мыслей, без сновидений.

«- А Снежная Королева не может войти сюда? - спросила девочка.

- Пусть-ка попробует! - сказал мальчик. - Я посажу её на теплую печку, вот она и растает».

Избушка до того обветшала, что готова была упасть, да не знала, на какой бок, потому и держалась

Теперь он был богат, прекрасно одевался и приобрёл очень много друзей; все они называли его славным малым, настоящим кавалером, а ему это очень нравилось. Так он всё тратил да тратил своё золото, а вновь-то взять было неоткуда, и осталось у него в конце концов всего-навсего две денежки! Пришлось перебраться из хороших комнат в крошечную каморку под самой крышей, самому чистить себе сапоги и даже латать их; никто из друзей больше не навещал его, - уж очень высоко было к нему подниматься!

О несчастных и счастливых, о добре и зле.

– Бабушка! – вскричала малютка: – Возьми меня с собой! Я знаю, что ты уйдёшь, как только погаснет спичка, уйдёшь, как тёплая печка, чудесный жареный гусь и большая, славная ёлка!

А король-то голый!

И вот из ларца появился соловей и запел так чудесно, что нельзя было сейчас же найти какого-нибудь недостатка. — Superbe! Charmant! — сказали фрейлины; все они болтали по-французски, одна хуже другой.

Северный олень рассказал лапландке всю историю Герды, но сначала рассказал свою собственную — она казалась ему гораздо важнее.

Устное слово всегда ведь свежее, жизненнее написанного!

И с историями ведь бывает то же, что со многими людьми, и они становятся с годами все лучше и лучше.