1927 г.

- Вы спасаете церковь?

• Да, я спасаю церковь...
• Церковь не нуждается в спасении...
• Да. Вселенская церковь неуничтожима. Но где же знаменитая Карфагенская церковь? Есть ли православные верующие в Каледонии, в Малой Азии, где прославились Григорий Богослов и Василий Великий?
• Церковь спасает Христос, а не люди...
• Это верно, но верно и то, что без человеческих усилий помощь Божия не спасает... Весь народ в катакомбы не уведешь. С чем вы оставите малых сих? Без церквей? Без таинств?... Есть ли ответ у вас на этот вопрос? - Члены делегации молчали. - А раз так, - заключил митрополит, - то нужно идти на какие-то компромиссы.

Весной 1921 года небывалая засуха охватила наиболее хлебородные районы европейской части России и частично Украины.
... Число голодающих уже привысило 15 мил человек. Положение с продовольствием, особенно в Поволжье, становилось катастрофическим. Резко возросла смертность, начали возникать очаги эпидемий, отмечались случаи людоедства и трупоедства. Закупленные за рубежом более 6 миллиардов пудов продовольствия из-за отсутствия средств транспортировки ожидали отправки в иностранных портах.
Усугублялась и общая экономическая и политическая обстановка в стране. Железнодорожный транспорт был разрушен и едва справлялся с объёмами перевозок в голодные районы. Города мерзли из-за нехватки топлива. Останавливались фабрики и заводы. Раскручивалась спираль инфляции. Росла безработица. Расширялась волна забастовок и отказа от выхода на работу. Сотни и тысячи рабочих покидали ряды коммунистической партии. В воинских подразделениях зрело недовольство, а кое-где вспыхивали волнения. В крестьянской массе царило настроение подавленности и страха перед возможной голодной смертью. Росло недовольство изъятием обязательного продналога, действиями продотрядов, подчистую вывозивших хлеб.
...
В критической обстановке зимы - весны 1922 года надежду на спасение увидели в бывшей церковной, а теперь национализированной собственности.

Применительно к проблемам государственно-церковных отношений в партийно-советских структурах столкнулись различные мения. Одни (Ф. Дзержинский, П. Красиков) продолжали видеть в религиозных организациях, прежде всего в РПЦ, политического противника, рудимент старого отрицаемого мира и считали необходимым проводить по отношению к ним жесткую политику, добиваясь их развала и разложения. Другие (А. Луначарский, М. Лацис, а позже отчасти Л. Троцкий) говорили о том, что в церкви наряду с консервативными присутствуют и прогрессивные элементы, которые при соответствующей политике можно привлечь к советской работе и добиться, чтобы и сама церковь стала советской.