Девчата

- Сама маленькая, а сердце...

• Сердце как сердце... Тридцать третий размер!

А Илья с аппетитом хлебал хваленые Тосины щи, ничем решительно не выдавая, что он - презренный бабник и опасный для Тоси человек.

- Я с тобой серьёзно...

• Позже десяти вечера я серьёзно не разговариваю.

Зеленая она еще... как елка

И Тося разом сверзилась с заоблачных высот, куда она самозванно вскарабкалась в последние дни. У нее даже дух захватило и в ушах зашумело от головокружительного своего падения.

"Им бы, чудакам, полюбить друг друга, а они, себе на беду, выискали любовь на стороне и теперь оба мучаются..."

Здесь, под навесом, Маница была какой-то новой, более уверенной в себе, а главное - не такой горемычной как дома, рядом с фотографией строгого старшины. От неё на Степана повеяло завидной прочностью, и все его собственные беды показались вдруг ему легче одолимыми рядом с ней: ведь Маница, по всему видать, уже справилась точно такой же своей бедой.

Уж лучше бы совсем его не встречала: так и жила бы как заведенная. А то показали мне кусочек настоящей жизни, поманили — и тут же цыкнули: куда прешь, такая-сякая!..

Просто Тося жила вот этой короткой счастливой минутой, которую удалось ей выцарапать у жизни. Судьба словно притомилась испытывать Тосю и хотела показать им обоим, как расчудесно все могло бы у них быть, если б они оба были достойны своей любви. Тося и знать сейчас не хотела, как сложится все у них с Ильей дальше, когда окончательно выяснится, спорил он или нет. Пропади оно пропадом, это туманное будущее! Все равно как-нибудь да будет: не так — так иначе, ведь всегда как-нибудь да бывает…

И хотя по молодости лет её еще никто и никогда не любил, она была почему-то убеждена, что заманчивое время это не за горами, а уже спустилось с этих самых гор и на всех парах катит к ней.

. — Тось, забудь ты про этот спор… Мне теперь самому смешно вспомнить.

Тося вся подобралась, как кошка перед прыжком. — Смешно?

— Ну… противно. — Противно?..

— Ну, совестно… Не придирайся ты к словам. Лучше испытай меня, если не веришь.

— Ты что, трактор, чтобы тебя испытывать? Никогда я тебя не прощу, спорщик ты… Бабник! — припомнила Тося все прежние свои обиды. — Ненавижу тебя, не-на-ви-жу!

— Красивая ты сейчас… — с болью в голосе сказал Илья и отошел от оконца.

— Ты что ж не танцуешь? — спросила Катя.

— Пол у вас… сучковатый, — нашла Тося причину.

- Веселый у тебя топоришко!

• Да и я парень не скучный...
• Да уж!

Правда - вещь хорошая, а только иногда лучше ее и не знать: спокойнее так-то жить...

- Неприятный тип, - сказала она.

• Да, конечно! - поспешно согласился Илья, для пользы дела покривив душой. - А с другой стороны, не всем же быть хорошими. Тогда совсем уж скучно стало бы на свете жить...

- Весело живешь.

• Так я ж не влюбленная!

Он же не виноват, что таким красивым народился. Что же ему теперь— нарочно оспой заболеть или уши себе отчекрыжить?

Думаешь, ты самая умная, жизнь только с тебя началась? А она уже давно идет, и до тебя люди не глупей жили…

Все ребята, видать, как до любви дойдет, — косолапые…