L'Echappée belle

Они сдохнут сами, без нашей помощи, пока мы будем сидеть в кино.

В общем,наша Карина Считает жизнь тяжелым и рискованным занятием.

Мы слишком низко себя ценим.
Во всяком случае, ценим недостаточно для того, чтобы переорать папашу Молину, брызгая слюной на его жилет. Недостаточно, чтобы хоть на секунду поверить, что наши негодующие вопли способны изменить ход его мыслей. Недостаточно, чтобы надеяться, что наши брезгливые мины, брошенные на стол салфетки и опрокинутые стулья смогут хоть на йоту изменить ход мировой истории.

Ей кажется, будто для вас жизнь - это как переменка на школьном дворе и вы по-прежнему остались хулиганками, которые потешаются над такими, как она, отличницами и пай-девочками. Которым только и остается стоять в сторонке и втайне восхищаться вами, хорошенькими, озорными и дружными не разлей вода.

... жизнь, что ни говори, всегда ведь немного блеф...

У нас есть нечто более ценное. У нас есть мы. Мы богаты иначе.

Мы себя не любим.Мы слишком низко себя ценим.

.. в наших разговорах сплошные намеки, недомолвки, хиханьки и хаханьки. В общем, это нужно слышать, иначе и пересказывать бесполезно. Такое могут понять только родные сестры.

Затем мы стали болтать всякие глупости, ну знаете, как болтают сестры. Эту сцену я опущу. Потому что в наших разговорах сплошные намеки, недомолвки, хиханьки и хаханьки. В общем, это нужно слышать, иначе и пересказывать бесполезно.

Это непоколебимое самодовольство. [...] И странная манера эдак сердечно протягивать вам руку, при этом уже ненавидя вас в душе.