Невидимый огонь

...ведь мужчине сам бог велел всегда быть чем-то недовольным, и уж в первую очередь своим браком и собственной женой, мужчине вынь да положь неприятности, если не настоящие, то хоть выдуманные, а иначе что же топить в вине…

— Ну, вы с Войцеховским два сапога пара… Уму непостижимо, ей-богу, как это вы не спелись…
— Мы с ним, наверное, два левых сапога, Мелания. Поэтому.

До этого дня он полагал, что знает о женщине все, и он имел основания так думать. Но в женщине он знал только жену и любовницу. Он не помнил своей матери, и никогда у него не было ни сестры, ни дочери, а без этого, очевидно, знать о женщине все невозможно…

Он был из тех мужчин, которые, сто раз убедившись, что все женщины одинаковы, могут тем не менее затратить массу энергии и энтузиазма на покорение сто первой.

Он был уже достаточно стар, чтобы знать о себе все, но еще не настолько стар, чтобы возводить свои недостатки в добродетели.

Скрипнуло, чавкнуло, топнуло, грохнуло…