Перевернулись на скорой.
Легли на бок и, вращаясь, ещё метров тридцать проскрежетали.
Остановились, выбили люк в крыше, вылезли.
Первое, что увидели — руки с мобильниками.
Фотографируют!
Человек десять, не меньше.
Корячились, извлекали больного — никто не помог.
Ходили кругами, ракурсы выбирали.

Старики гниют в одиночестве, гордясь успехом детей…

Элитный дом. Повсюду иконки и выдержки из Завета. Тридцать семь штук насчитал — только от прихожей до спальни. А перед дверью, на ход ноги, молитва висит, от руки аршинными буквами.

Видать, сильно с совестью не в ладах.

Мечта скоропомощных — уложить Президента в «ГАЗель» и прокатить с километр.
Чтоб почувствовал.

Крик.
Мат.
Даже харкнул вдогонку.
А минутой раньше трупом лежал.
И голос такой слабый-слабый…

Во время осмотра могут:

• зевать;,
• рыгать;
• пердеть;
• ковырять: а) в носу, б) в зубах. в) в гениталиях;
• говорить по телефону (жест: подождите!);
• смотреть телевизор,
• курить.

- ... лечение геморроя без операции, это как?

• Зализыванием.

Подъезд соответствующий: аммиак и окурки. Этажом ниже - шедевр. Метровыми буквами на стене: ПРОСТИ МЕНЯ, ПИДОРА, ЛИЗА! Феликс приходит в дикий восторг и выдает экспромтом стихотворение:

• ... и плачут сосульки с карниза,

А больницы теперь в честь христианских святых.
Хотя некоторым имена нацистских преступников подойдут.
Имени Кальтенбруннера, например. И, скажем, Адольфа Эйхмана.
Варум нихт?

Подъем ночью на "упал с кровати, приезжайте поднять" вызывает смутную симпатию к Менгеле.

…и бесконечные тридцатилетние сучки с головными болями.

Ночь. Вызов. Через минуту повтор: скорей! Подрываешься и летишь. Диспетчер по рации: Быстрей – скандалят!
Вываливаешься из кабины, дверь вбок, одной рукой чемодан, другой кислород, на плече кардиограф, дефибриллятор, на другом сумка с реанимацией, папка в зубах, домофон чуть ли не носом: пи-и-и-и…
КТО ТАМ?
Всё. Можно отнести кислород, дефибриллятор, сумку с реанимацией. Расставить неторопливо, подключить шланги. Позвонить снова и зевая войти.
Ничего там нет.
Проверено.
Годами.

– Ёханый бабай, это где ж я сорок лет прожил? Тюрьма народов, милицейское государство.

– Полицейское, ты хотел сказать.

– Милицейское, Феликс. Это гораздо хуже.

А-а, увезу тебя в больницу я к насупленным врачам.
Ты увидишь, как встречают панариций по ночам.
Много нового узнаешь обо мне и о себе
И не сразу осознаешь поворот в твоей судьбе…

Все подхватывают:


А-а-а мы па-а-аедем, мы па-а-амчимся на «Фордах» и на «Газелях»
Чтоб успеть на Правый берег над мостами пронести-и-ись.
Констатирую бесстрастно – твоя жизнь была прекрасна,
Нынче ж Крест вмешался Красный, и тебе уж не спастись…

Тебе тридцать один, мог бы уже стать х…й знает кем, а ты всё ещё х…й знает кто!

Жизнь не так проста, как кажется, она гораздо проще.

Интересно, как, когда всё изменится, будет выкручиваться режиссёр Михалков?

Пришедший к доктору робок и подобострастен.

Вызвавший - развязен и хамоват.