Цитаты из книги Избранное

Чем больше семья занята приумножением своего состояния, тем меньше заботится она о своём количественном росте.

Наше время только для независимых добродетелей.

Когда слабые и лишённые идеала люди отвергают долг и веру, то они роковым образом начинают поклоняться своей ванне.

Религия может пасть, только уступив место другой религии.

Большие современные особняки стали храмами, где по понедельникам возносят молитвы центральному отоплению или термосифону, где каждый вечер перед обедом люди, стоя и обнажив головы, повторяют гимн электрической лампочке, где исполняют мистические и, быть может, отвратительные таинства в честь душа низкого давления.

Старый воин спросил: — Что там такое? Я не мог отказать себе в бесплатном удовольствии ответить ему: — Ничего особенного. Четвероевангелие ругается с апокрифами. Не знаю, что он вообразил при этих словах, но он немедленно бросился туда.

Все говорят о боге, но никто не может доказать его существование, а царствующий в мире беспорядок скорее доказывает, что бога нет.

В конечном счёте все религии противоречат друг другу.

Нет такой глупости, которой не совершил бы человек, чтоб только объяснить пурпурный цвет своих ушей.

В раввинском училище на улице Вокелин нас обучали многому, но только не способам укрепления веры в народе и не образу действий в отношении служителей других религий.

Позвольте мне выразить вам радость, какую испытывает Новый завет, встречаясь с Ветхим.

Вера измеряется количеством детей.

Если у вас в ноге имеется непрекращающийся зуд и если почему-либо ногу придётся отрезать, ваша деревянная нога всё равно будет продолжать зудеть, и вы по-прежнему будете её почёсывать.

Когда на лицах моих детей, которых я знаю ненамного лучше, чем солдаты 1806 года знали своих, я замечаю сходство с лицом их матери, а мгновениями — и мимолётное отражение того подростка, которым я был когда-то и которого считал погребённым под гнётом мнимых печалей, тогда, друг мой, прошлое встаёт передо мной, и на глаза навёртываются трудные слёзы счастья...

У формы огромное преимущество — она всех уравнивает.

Нельзя играть с огнём, мадемуазель, и душой маленькой девочки играть тоже нельзя.

Я принялся шутить с ней, как делают все отцы, желая скрыть смущение или леность ума — скверная привычка!