Ну кто из нас хотя бы раз в жизни не слышал о перевале Дятлова? Думаю, что если и есть такие, то их немного. Я отношусь к тем, кто краем уха слышал об этой трагедии, пусть и без подробностей. Я знала, что группа из 9 туристов, которую возглавлял Игорь Дятлов, погибла в 1959 году на Северном Урале, поблизости от перевала, названного впоследствии в честь руководителя группы; что есть различные версии их гибели – от вполне естественно-природной смерти вследствии замерзания до уголовной или даже мистической; знала, что есть масса документальной и художественной литературы на эту тему, а также снято немало кинематографических работ. Но особенно глубоко этой темой я никогда не интересовалась. Может быть вследствии того, что сама я не пылаю особой любовью к такому виду отдыха как горный туризм… Мне сложно представить, что человек может добровольно подвергнуть себя испытанию холодом, голодом, отсутствием гигиены и еще и получать от этого удовольствие! Но, как говорится, о вкусах не спорят…
Как верно описал мое отношение к такому виду отдыха один из героев повести: «…Идут в сорокаградусный мороз, несут на себе по тридцать килограммов снаряжения и спят под защитой тонкой палатки, почти на снегу. Что так неудержимо влечет их испытывать тяготы и трудности? Парней я все-таки как-то понимаю: им сам бог велел быть выносливыми и бесшабашными. Но девушки?! Хрупкие, нежные девушки, олицетворение домашнего уюта и тепла… Нет, что-то в этом туризме в нормальные человеческие рамки не укладывается…»
А именно такие вкусы и были у великолепной восьмерки: Глеба Сосновского, Нели Васениной, Люси Коломийцевой, Саши Южина, у Броневского, Шакунова, Норкина и Постыря. Все они - студенты – физики и ядерщики, сдавшие успешно сессию и решившие таким образом наградить себя за это во время зимних каникул. Все ребята бывалые – в походы ходили не раз, у некоторых есть даже разряды мастеров спорта… Казалось бы, ничто не предвещало беды…
Кто в те счастливые первые дни похода мог предположить, что тургруппу вынуждены будут искать сотни человек на территории в 5000 квадратных километров, в лютый мороз, при ветре в 12 баллов, при нулевой видимости и надвигающемся циклоне, при полярном дне длительностью в 5 часов!
Повествование в книге ведется от имени журналиста, который в 1962 году прилетает по заданию своего издательства на Урал дабы своими глазами видеть весь ход поисковой кампании и осветить ее для общественности. Одновременно глазами этого героя мы видим события 1962 и 1963 годов, когда он опять таки по долгу службы оказывается в городке Кожар, который в своей время был эпицентром поисковой операции. В этом раз ему посчастливиться ознакомиться с дневниками одной из участниц туристического похода – Нелли Васениной.
Читая ее дневники, нельзя не проникнуться той атмосферой. Дух студенчества, легкости, беззаботности… Ощущение, что любое море тебе по колено и любая горная вершина просто не может тебе не покориться… Поезда, рюкзаки, палатки, лыжи, тушонка, костры, спальные мешки… Казалось бы, романтика!.. Но какой жестокой и далекой от этой романтики может оказаться реальность… И какие могут быть тяжелые и страшные последствия…
Дальше...
Отправляясь в поход, ребятам казалось, что они хорошо подготовились и все предвидели, но… Человек предполагает, а Вселенная располагает. Казалось бы, ну подумаешь, что забыли оставить в спортклубе копию маршрутной книжки. Подумаешь, что Саша Южин, преждевременно вернувшись домой из-за травмы, никому об этом не сообщил и забыл о просьбе Глеба передат в спортклуб, что контрольный срок возврата группы переносится на два дня. Никто ведь тогда и не предполагал, какую роковую роль это может сыграть! А эта нелепая случайность стоила многих часов бесполезных поисков для членов спасательного штаба и чьей-то жизни и чьего-то здоровья… В ситуациях, когда счет идет даже не на часы, а на минуты, любая случайность может стать роковой…
«…10 февраля истек контрольный срок выхода из тайги отряда туристов физико-технического института в составе восьми человек. Руководитель похода Сосновский. Предполагаемые пункты выхода: Бинсай, Ловань, Точа... Они не вышли ни в Бинсай, ни в Ловань, ни в Точу…»
В какой-то мере, конечно, сочувствуешь ребятам, но больше сопереживания у меня вызвали все те, кто вынужден был броситься на их поиски! Что хотите говорите мне, но почему из-за семи авантюрных сопляков должны были поднять массу человеческого ресурса и техники? Почему из-за того, что кому – то от безделья захотелось покорить никем ранее не покоренную вершину, другие люди должны были получить травмы и увечья, обморожения, переломы, спать не снегу и терпеть другие неудобства?! С этой точки зрения я понять такой вид отдыха не могу. Уж слишком эгоистично получается!
Видимо для участников этой группы туризм был своего рода наркотиком… Даже пережив такие страшные трагические события и потеряв товарища, они не могут долго оставаться в стороне от походов, гор, палаток и рюкзаков… Сама Неля Васенина, в том далеком походе разбившаяся на камнях, обмороженная, получившая сотрясение мозга, отправившись через какое-то время с ампутированными пальцами рук в очередной поход, сказала об этом так:
«… Я не чувствовала себя ни виноватой, ни больной, просто я ничего не чувствовала… Так было почти полтора года. А вот сейчас я снова в походе и снова сижу у костра, а вчера даже попробовала подтягивать песню. Я не знаю — плохо это или хорошо. Скорее всего плохо…»
Юрий Евгеньевич Яровой сам увлекался туризмом, участвовал в горных и водных походах по Уралу и Алтаю, а в 1959 году был участником одной из поисковых групп, созданных в связи с гибелью группы Дятлова. Именно эти события подтолкнули его к написанию «Высшей категории трудности». И пусть в этой повести мы на найдем прямых совпадений с событиями, участником которых он стал, но то, что прототипом Глеба Сосновского и его группы был Игорь Дятлов со своими товарищами, видно невооруженным глазом.
В этой повести Юрий Евгеньевич Яровой показывает нам свою версию того, что произошло с туристической группой. Из всего многообразия версий он объясняет трагедию естественными причинами: ураганным ветром, сильной метелью и холодом, а также разделением группы. И хотя нам предоставляется письмо Нели, в котором она признается, что в ту роковую ночь с 5 на 6 февраля именно она покинула пределы палатки и именно на ее крик выбежали все ребята, я так и не поняла, ЗАЧЕМ она это сделала. Даже если исходить из того, что все мы люди и никому не чужды естественные человеческие потребности, зачем отходить от палатки так далеко? В ураган, мороз, нулевую видимость, когда справа и слева от вас скалистые горы? Поэтому я не могу поддержать позицию прокурора Новикова в том, что в произошедшем виноват сам Глеб. Я считаю виноватой Нелю и только Нелю. Именно ее неразумное и глупое поведение привело к столь трагическим последствиям… То, что Глеб решил разделиться, я тоже, конечно, не одобряю. Уж лучше было всем идти к избушке – о ней хотя бы знали местные этнические группы и охотники. Шанс, что их там найдут, был несравнимо больше и в конце концов так и получилось! Тем более, что Глеб оставался единственным не покалеченным в группе и его сила в переходе могла ой как пригодиться… Но видимо в такой критической ситуации, поддавшись эмоциям, он решил проявить геройство… И вот как вышло…
И пусть сама тема до прочтения повести «Высшей категории трудности» меня не интересовала, читать было интересно. Перевернув последнюю страницу, захотелось ознакомиться с тематикой событий на перевале и о групее Игоря Дятлова более подробно. Хотя заранее понимаешь, что все, что можно найти по этому поводу, не более чем догадки и размышления. Правды, к сожалению, мы так и не узнаем… 9 туристов унесли ее вместе с собой в снежные могил….
«…Люди идут по свету,
И в жизни им мало надо,
Была бы прочна палатка,
И был бы нескучен путь…
Но дремлют в бродяжьих душах
Бетховенские сонаты,
И нежные песни Грига
Переполняют их…»
76 понравилось
