Оборванные нити. Том 1

Смерть страшна не сама по себе, а тем, что разрывает нити, связывающие разных людей и разные события. Разрывает внезапно и очень болезненно.

Бороться с ветряными мельницами - это очень благородно, но совершенно бессмысленно.

Пусть каждый родитель и каждый врач честно работает в своей зоне ответственности, тогда не нужно будет бороться с системой. Система окажется бессильной и никому не сможет навредить.

Сереженька, сыночек, подумай: может быть, вместо того чтобы болеть душой за всех детей нашей страны, имеет смысл вложить душевные силы в одну-единственную девочку — твою дочку и мою внучку — и сделать ее счастливой?

И каждый раз говорил себе: «Никто не хочет вскрывать детские трупы. Всем тяжело. Всем больно. Именно поэтому детей вскрывают так плохо, так халтурно, стараясь побыстрее все закончить и забыть. А ребенок не может себя защитить. Мертвый ребенок — тем более. Он не может рассказать, как его убивал сволочь-папаша или как неправильно лечил его двоечник-врач. Он ничего не может. И кто его защитит, если не ты, Саблин?»

Вот не зря говорят, что в России, а может, и во всем мире, каждый обыватель считает себя крупным экспертом в трех вопросах: в спорте, в педагогике и в медицине. Все почему-то полагают, что в этих трех областях нет ничего сложного и разобраться может любой мало-мальски грамотный человек.

— Но ведь это же откровенная халтура, — выдавил он наконец. — Как же так можно?
— А что в нашей стране не халтура? — горько усмехнулась завотделением.

И запомните: криминогенная ситуация — это экономика, политика, безработица, алкоголизация и наркотизация населения, сложности с жилищным вопросом и все такое. А уровень преступности — это ситуация криминальная. И больше никакая.

Вы большой мальчик, вам пора иметь собственную позицию, а не быть милым разноцветным попугайчиком, который готов твердить то, о чем говорят вокруг. Стыдно, друг мой.

Все кругом твердят про криминогенную ситуацию, а хоть бы кто-нибудь задумался о том, что это неправильно. Криминогенный — это то, что порождает криминал, способствует его развитию и движению, определяет его качество. Так же, как патогенный, неврогенный, канцерогенный и прочие термины из так хорошо известной вам медицины.

... в патанатомии принято было относиться к диагнозам ответственно и взвешенно.

«Раком» эксперты почему-то именовали любую опухоль или опухолевидное образование и ставили его непосредственной причиной смерти, чего, как твердо знал пришедший из патанатомии Сергей, быть
не может. Никогда. Рак нарушает работу какого-либо органа, и вот прекращение работы этого органа как раз и является причиной смерти, а вовсе не рак как таковой.

Скоропостижные же смерти судебно-медицинские эксперты мечтали отдать патологоанатомам и занимались ими спустя рукава и ни во что особо не вникая.

В частности, его не переставало удивлять безразличное отношение экспертов к выставляемым ими диагнозам, когда речь шла о скоропостижных смертях.

90 % работы патологоанатома — это исследования для постановки правильного диагноза живым людям, и
только 10 % приходится на вскрытия.

Смерть — это естественно, Серенький, это нормально, это рано или поздно происходит со всеми.

У каждого человека есть своя зона ответственности, в которую входят честная работа и искренняя забота о близких.

... Потом тебя посадят. Вот и все, сынок. А детей будут продолжать вакцинировать некачественными или плохо изученными вакцинами.

Никому в голову не придет, что ты честный мальчик и пытаешься бороться с системой. У всех на уме будет только одно: на кого ты работаешь? В чьих интересах действуешь? Кто просил тебя подорвать авторитет этой вакцины? Кто заплатил тебе за то, чтобы ты подлил масла в огонь всеобщей истерии? Вот так будет стоять вопрос. И никак иначе.

Тысячи детей страдают, но разве чиновникам из Минздрава есть до этого дело, если те, кому нужно пропихнуть свою продукцию на наш рынок и озолотиться, платят взятки немыслимых размеров?