Маленький король Декабрь

Поначалу у каждого из вас великое множество разных возможностей, но каждый день какие-то возможности исчезают. Пока вы маленькие, у вас фантазия ого-го какая большущая, а знания очень даже скромные. Мало знаний — потому вы и фантазируете. Например о том, откуда в лампочке берется свет или откуда в телевизоре картинки. Или воображаете, как живут в лесу под землей гномы, воображаете, что можно видеть и чувствовать, если, например стоять у великана на ладони... А потом вы вырастаете большими, и те, кто уже совсем-совсем большие, объясняют вам, как устроена лампочка да как работает телевизор. Узнаете вы и о том, что никаких гномов и великанов на самом деле не бывает. Фантазий все меньше, знаний все больше. Разве это правильно?

Так жизнь устроена. Жизнь начинается вечером, когда мы засыпаем, и жизнь на некоторое время прекращается — утром, когда мы просыпаемся. По-моему, надо у вас кое-что переименовать: пробуждение пусть зовётся засыпанием, а засыпание — пробуждением. Скажи-ка, кем ты работаешь?
— Я ходильщик в офис.
— Ясно, — сказал король. — Значит, утром ты засыпаешь, и весь день тебе снится, что ты ходильщик в офис и день-деньской работаешь, работаешь, работаешь… А вечером, когда ложишься спать, ты просыпаешься, и всю ночь, до утра, ты — тот, кто ты и есть на самом деле. Сегодня пилот, в другой раз — лодочник, в третий раз — поди знай кто! Ну согласись, что это гораздо лучше.

— Знаешь, — сказал король Декабрь, — наверное, надо представить себе, что комнаты картинщика похожи на то, что у нас в голове. Всю жизнь человек смотрит вокруг и видит мир, и в его голове накапливаются миллионы и миллионы картин. Какие-то картины человек видит изо дня в день, другие хранятся в самых отдалённых комнатах, то есть где-то в потаённых уголках его головы. Вот эти-то картины он, если захочет посмотреть второй раз, прежде долго-долго отыскивает, но, бывает, и случайно наткнётся на них, мало ли, забредёт ненароком в дальние покои. Но все до единой картины на месте, и даже если мы никогда о них не вспоминаем, они никуда не деваются. Все до единой они остаются с нами.