Илья Ильф и Евгений Петров. Собрание сочинений в одной книге

В жизни двух жуликов наступило щекотливое мгновение. В руках скромного и доверчивого председателя исполкома в любой момент мог блеснуть длинный неприятный меч Немезиды. Судьба давала только одну секунду времени для создания спасительной комбинации.

Остап наклонился к заочной скважине, приставил ко рту ладонь трубой и внятно сказал:
-Почем опиум для народа?
За дверью молчали.
-Папаша, вы пошлый человек! - прокричал Остап.

– Что там внутри? – спросил любопытный Паниковский.
– О! – сказал Остап. – Там внутри есть все: пальмы, девушки, голубые экспрессы, синее море, белый пароход, мало поношенный смокинг, лакей-японец, жена-графиня, собственный биллиард, платиновые зубы, целые носки, обеды на чистом животном масле и, главное, мои маленькие друзья, слава и власть, которую дают деньги.
И он раскрыл папку перед изумленными антилоповцами.
Она была пуста.

Завхоз 2-го дома Старсобеса был застенчевый ворюга. Все существо его протестовало против краж, но не красть он не мог. Он крал, и ему было стыдно. Крал он простоянно, постоянно стыдился, и поэтому его хорошо бритые щечки всегда горели румянцем смущения, стыдливости и конфуза.

Таинственный соперник. Его нужно опередить, а морду ему мы всегда успеем пощупать.

Хотя дела своего мужчина в пиджаке еще и не начинал, но уйти ему уже хотелось. Ему казалось, что дело, по которому он пришел, настолько незначительно, что из-за него совестно беспокоить такого видного седого гражданина…

Когда женщина стареет, с ней могут произойти многие неприятности: могут выпасть зубы, поседеть и поредеть волосы, развиться одышка, может нагрянуть тучность, может одолеть крайняя худоба, но голос у нее не изменится. Он останется таким же, каким был у нее гимназисткой, невестой или любовницей молодого повесы.

Если строгий гражданин заявит, что сатира не должна быть смешной, просить прокурора республики привлечь помянутого гражданина к уголовной ответственности по статье карающей за головотяпство со взломом