Миры Пола Андерсона. Том 9. Три сердца и три льва. Буря в летнюю ночь

Всякая мысль — дитя заботы и мать печали.

Беседа с другом сокращает путь, а рука друга делает его безопаснее.

Пречудное это изобретение — рыцарь. Обойдет всю землю, чтобы деву спасти, а после не знает, что ему с ней творить. Разве что отвезет ее домой да, набравшись смелости, упадет на колени, чтобы выпросить ленточку на рукав. Просто диво, что рыцари до сих пор еще все не повымирали.

Хольгер снисходительно усмехнулся. Откуда им знать, что это был плагиат и он просто обратился в очередной раз к классике, но не пересказывать же им «Янки при дворе короля Артура»?

— Когда я вернусь домой, — мечтательно говорил он, — я улягусь на солнцепеке под цветущим деревом. Музыканты будут играть мне, а наложницы — класть в рот ягоды винограда. Но буду, конечно, заниматься и физическими упражнениями, чтобы сохранить форму — два раза в день крутить ручную мельницу и молоть кофе. А когда через несколько месяцев мне наскучит такая жизнь, я отправлюсь в новое странствие — далеко-далеко, в кофейню на другой улице.

Светлые тени белых облаков бежали, как волны, по цветущим лугам, ветерок освежал лицо. Путешествовать по этому краю было подлинным наслаждением.

– Есть тут город, и не так уж до него далеко, всего несколько миль, – сказала старуха. – Однако я должна предостеречь тебя, рыцарь, что пространство здесь, как и время, пречудесно искривлено чернокнижниками, и часто бывает, что место, к которому ты направляешься, находится совсем рядом, но вдруг оно или провалится, или посыплются на тебя всякие напасти, так что ты запутаешься и не будешь знать, какую тебе выбрать дорогу и откуда ты шел…