Семнадцатилетние

Если бы меня спросили, что важнее в человеке — способность или усидчивость, я бы сказал, что усидчивость. Конечно, усидчивость у способного человека дает удивительные результаты, но, к сожалению, способный человек, которому все дается легко, иногда с детства приучается к небрежности. Схватывая на лету знания, он не углубляет их, не закрепляет, надеясь на свою память, на свои способности. Он скользит по поверхности. Усидчивый — наоборот! Вырабатывает в себе упорство, волю… Он не надеется на свои способности, а добывает все упорным трудом. Именно поэтому знания его прочны и глубоки, и он часто перегоняет способного, но не усидчивого человека.

Часто мы читаем литературное произведение и одновременно думаем — что, зачем и почему? А в результате ничего не понимаем. Всякое произведение нужно читать без предвзятого отношения к нему. Потом, когда прочитаешь, можно подумать и проанализировать: чтя хорошо, что плохо, что взволновало и почему, кому симпатизируешь, сочувствуешь и почему? Что нового узнала о жизни, о людях, об идеях? — говорила она, невольно подражая Константину Семеновичу. — А ведь что мы делаем? Мы часто произведение не анализируем, а анатомируем. Голову долой, руки, ноги долой, живот распорем и... что получается? Все разваливается, и никакого произведения нет. И удовольствия нет!

— Да уж какое тут удовольствие, если руки, ноги долой...

Добросовестней всех к комсомольскому поручению отнеслась Лариса Тихонова. Она записала и точно перечислила все, чем занималась после возвращения из школы до того момента, пока не заснула.

"До 4.30 -- ничего не делала. С 4.30 до 5 -- обедала. С 5 до 5.40 -- разговаривала с бабкой. С 5.40 до 6 -- переодевалась, прибиралась, умывалась. С 6 до 7.30 -- пришла знакомая. Разговаривали. С 7.30 до 8 -- учила уроки. С 8 до 9.40 -- слушала концерт по радио. С 9.40 до 10.30 -- учила уроки. С 10.30 до 11.30 -- ужинала и ходила звонить по телефону насчет уроков. С 11.30 до 12.40 -- учила уроки. С 12.40 до 1.30 -- ложилась спать и засыпала".

На вопрос Тамары, о чем она разговаривала с бабкой с пяти до пяти сорока, Лариса честно ответила, что разговор шел о том, кому мыть посуду после обеда

В жизни много различных путей. Есть пути тернистые, трудные, неизведанные, – это пути творческих исканий, дерзаний, где на каждом шагу встречаются препятствия, и их нельзя обойти. Прокладывая свой путь в жизнь, нужно бороться, доказывать, идти на риск, жертвовать… Хотя, впрочем, рядом есть пути легкие, протоптанные, широкие. И прежде чем выбрать, прежде чем тронуться в путь, нужно проверить свои силы, свои убеждения, желания, способности… В жизни очень важно понять свое назначение и найти лучшее применение своим способностям.

Руководить — это не значит водить за руку… Смотрите, как руководит партия! Она поставила перед страной великую задачу — пятилетний план — и возглавляет борьбу за выполнение этого плана. А народ ответил тем, что перевыполняет этот план. Идет дружная совместная работа. Вот это и называется руководить. Думаю, что если и вы поставите перед классом конкретную, передовую, хорошую задачу и будете вместе со всеми бороться и возглавлять эту борьбу…

— А какую задачу? — спросила Катя, не понимая, куда направляет их мысли Константин Семенович.

— Подумайте сами… Ваша задача должна быть не отвлеченная, а точная!

— Отличная учеба? — спросила Катя.

— От каждого по способностям! — прибавила Тамара.

— Да… но это очень обыкновенно! — недовольно протянула Женя, сморщив нос. — Вся школа борется за отличную учебу… Надо придумать что-нибудь такое… особенное!

— Нужно придумать какую-то форму этой борьбы. Вот, например: выступить против серости.

Тамару словно озарило. Глаза ее загорелись, и вся она как-то вытянулась.

— А что такое серость? — спросила она, поднимаясь. — Серость в нашем школьном понимании?.. Серость — это тройка! А значит, тройка — это обломовщина, перестраховка, авось да небось! — горячо сказала она, и все засмеялись.

— Правильно! — согласилась Катя. — Долби тройки! Надо учиться красиво!

Ведь средняя школа никаких трудовых навыков не воспитывает у ребят! Ежегодно у нас выпускают полмиллиона молодых людей, ничего не умеющих делать. Весь уклад, режим, все программы средней школы вырабатывают из детей, в лучшем случае, канцелярских работников… Средняя школа ориентирует молодежь только на высшие учебные заведения, и если она туда почему-нибудь не попадает, — ребят нужно снова и довольно длительно учить, что бы они стали пригодны к производительному труду. А ведь они учились десять лет! Зачем им эти многочисленные, иногда догматически усвоенные знания? Разве они могут применить их в сельском хозяйстве, на заводе, на транспорте? А представление о собственной персоне у них большое! Девушка, окончившая десятилетку где-нибудь в сельском районе, смотрит на землю, которая ее кормит, уже как на грязь. Она, видите ли, не хочет копаться в грязи! Она считает себя образованной и требует себе «чистой» работы.