
«...развенчивая легенды о „несносной австриячке“, или изнанка личности вдовы Капет...»
Мария-Антуанетта Австрийская — личность, вызывающая безусловный интерес. Её недолгая жизнь и страшная смерть, кажется, не могут оставить равнодушным ни одного читателя, который хоть сколько-то знаком с бурными перипетиями судьбы этой исторической персоны. Она стала последней королевой Франции, после казни которой королевская власть была упразднена, а страна стала Первой республикой. Ранее я уже сводила знакомство с этой неординарной личностью благодаря книге Стефана Цвейга «Мария-Антуанетта. Портрет ординарного характера». Было это несколько лет назад, и сейчас я понимаю, что, кроме основной канвы произошедших событий, все остальные фрагменты жизни «несносной австриячки» улетучились из моей памяти. Поэтому книга Натальи Павлищевой заново приоткрывала для меня завесу над подзабытыми поворотами истории и судьбой той, кого французы в итоге лишили всех титулов и приговорили к смертной казни.
Но если Цвейг писал о великих людях и об их величии, то автор этого романа выбрала совершенно другой путь: в её интерпретации гораздо больше чувств, эмоций и бытовой повседневности, нежели глубокого исторического анализа. Даже язык повествования существенно отличается от пусть и увлекательного, но подчас весьма тяжеловесного слога писателя-австрийца. Мария-Антуанетта предстаёт здесь не столько королевой, сколько обычной женщиной, преданной женой и любящей матерью. Однако, к сожалению, вместо тихого семейного счастья героиня стала заложницей своего высокого положения и обстоятельств, продиктованных жестокой исторической эпохой.
Пятнадцатый ребенок императрицы Марии-Терезии и императора Франца Стефана вступал в жизнь. И никто не подозревал, сколько же самых разных событий произойдет в этой жизни, сколько раз судьба будет делать крутые виражи, чтобы подстроить несчастное замужество Марии-Антуонии Жозефы Жанны с дофином Людовиком Августом в блистательном и страшном Париже.
Над Марией-Антуанеттой, кажется, всегда висел судьбоносный дамоклов меч. При её рождении придворный астролог предсказал принцессе смерть на эшафоте, если только её не выдадут замуж в Россию или Китай. Однако её мать, императрица Мария-Терезия, отмахнулась от пророчества и устроила брак дочери с дофином, будущим французским королем Людовиком XVI. Имели ли место эти события на самом деле — история отвечает неоднозначно: чаша весов склоняется к тому, что это всего лишь красивая легенда. Но, как говорится, из песни слов не выкинешь: жизнь королевы Франции действительно окончилась казнью 16 октября 1793 года. Кстати, есть ещё один удивительный фрагмент: поднимаясь на эшафот, Мария-Антуанетта случайно наступила на ногу палачу и, стушевавшись, тут же извинилась: «Простите меня, мсье, я не нарочно». И вот это уже не вымысел, а реальный исторический факт.
У эрцгерцогини плохой гороскоп, чтобы он не сбылся полностью, за ней нужно все время следить, образовывать, но, главное, выдать замуж куда-нибудь как можно дальше от Вены и за человека не ее круга. Иначе...
– Что иначе?
– Иначе ей грозит отсечение головы...
– Что?!
– Так говорят звезды, – развел руками астролог...
Надо сказать, что, несмотря на недолгую жизнь, эта королева выстроила вокруг себя множество легенд и стала причиной возникновения безумного количества слухов. Чего стоит хотя бы приписываемая ей и ставшая столь знаменитой фраза: «Если у них нет хлеба, пусть едят пирожные!» Однако сейчас совершенно точно доказано, что это высказывание не имеет к ней никакого отношения. Когда Руссо — первоисточник этого слуха — утверждал, что услышал фразу от одной высокопоставленной особы, будущей королеве Франции было слишком мало лет для того, чтобы интересоваться тяжёлой жизнью крестьян и отсутствием у них хлеба. Но звучит всё это интригующе и ярко, что лишь дополнительно привлекает внимание к личности королевы, лишившейся всех титулов и ставшей называться к закату дней просто «вдовой Капет» — по фамилии предков своего супруга.
Но что было – то было, прошлое – единственное, чего уже нельзя изменить.
Возможно, у Натальи Павлищевой не всё получилось с точки зрения исторического контекста, но определённо благодаря лёгкому и эмоциональному тону повествования у неё вышло самое главное — вызвать эмпатию к своей героине. Личность Марии-Антуанетты, а именно она является определяющей в данной книге, оказалась гораздо важнее хроники разрушения французской монархии. Возвращаясь в мыслях к произведению Цвейга, я чётко чувствую разность своего отношения к королеве: в представлении австрийца она не вызвала у меня особого сочувствия, и проникнуться тяжестью её судьбы тогда точно не получилось. Сейчас же ситуация в корне изменилась. Я понимаю, что мне хочется найти дополнительные источники и альтернативные мнения о судьбе этой неординарной женщины.













































