Страна поднимается. Выжженный край

— А ну ложись! Ты убит! — прикрикнул на него мальчишка в засаленной майке и линялых синих штанах, он стоял на пригорке. — Я давно уже убит, не хочу больше, — заспорил Шинь. — Лежи! — А сколько еще убитым быть? — Пока не придет вездеход или вертолет — подбирать трупы. Тебя первый раз в игру приняли, должен все по правилам делать. Убили, значит, лежи! Мальчик в майке охранял большой участок, который «наши» только что отбили у «врага». «Главнокомандующий» поручил ему охранять трупы «американцев» и «марионеточных солдат» — один такой «труп» лежал перед ним, это был Шинь, еще четыре лежали на берегу реки, потому что отбитый участок тянулся до самого берега реки Виньдинь. Увидев, как послушно Шинь снова улегся в траву, «часовой» смягчился и заговорил с ним: — Я тебя что-то раньше не видел. Ты кто? Это не тебя, — вдруг вспомнил он, — бойцы привели? — Ага, я с дядей Хьеном пришел… — Тогда тебе надо играть за «наших», а то несправедливо получается. — Мальчик в майке осуждающе покачал головой. — Зачем же тебя убивать! — А я не знаю… — Ошибка вышла. Ладно, давай вставай!

— Офицер, солдат? — Ефрейтор, имя — Тхуан, второй штурмовой полк. Хьену и спрашивать больше было не нужно, слишком многое сказали ему эти слова — «второй штурмовой полк». — В шестьдесят девятом был в Кокаве[9]? — Да, был. — Пересохший Ручей знаешь? — Знаю, невеселое местечко. Мое отделение прочесывало этот участок… — В сентябре? — Так точно. «Интересно, почему он не запирается?» — Хьен ледяным взором посмотрел на солдата. Совсем иные воспоминания, темные, как лужа запекшейся крови, всплыли сейчас в его памяти, встали между ними. «Но почему же, почему он ни от чего не отказывается? Бросает вызов?» Хьен не забыл 2-й штурмовой полк. Если и не этот солдат, то другой такой же вырезал печень у девушки-санитарки и смаковал ее с баночным пивом.