Суд в Токио

Судя по всему, намечается очередная тематическая подборка по чтению до отпуска, на этот раз - об истории Дальнего Востока в 30-х и 40-х годах. И после книги Кошкина начал спускаться от общего к частному, к книге о Токийском процессе конца 70-х годов журналиста-международника Евгения Зайцева и Председателя Верховного суда СССР Льва Зайцева, который был в составе советской делегации в числе обвинителей. Поэтому несмотря на постоянную антиимпериалистическую риторику эта книга до сих пор является лучшим трудов по теме на русском языке, ведь она написана непосредственным участником процесса, бывшего свидетелем допросов, судебных баталий и поведения и внешности обвиняемых.

"Суд в Токио" описывает не только сам процесс, но и полон уходом в прошлое, по сути - это точка зрения на генезис японского милитаризма, такой, каким его видели в Союзе в брежневские годы. Все эта постоянная чехарда с кабинетами - с конца 20-х и до поражения в войне в Японии сменилось 16 кабинетов министров, а постоянство было в одном - все больший и больший вес играли в нем "ястребы-милитаристы". Китай, как постоянный объект агрессии и игры со всевозможными марионетками. Отдельно, выведены портреты министра иностранных дел Ёсукэ Мацуока и генерала Кэндзи Доихара, одного из ястребов и идеологов покорения Китая. Именно допрос бывшего циньского императора Пу И как он дошел до жизни такой, стал одной из самых интересных моментов в книге. Вообще, про политику японских властей в Китае написано очень много чего страшного, и про известную бойню в Нанкине, и про менее известные расправы над китайцами в других городах. О том, что японцы, вспомнив заветы западных колонизаторов, разводили мак и проводили тотальную наркотизацию среди примерно четверти миллиардов китайцев, оказавшихся на оккупированных территориях.

Отдельно, и очень подробно рассмотрены последние месяцы перед вступлением Японии в войну на Тихом океане. Тут "ястребы" особо отличились, умудряясь скрывать от императора мирные предложения, а также "не замечать" другие государства в регионе. Так, например, Япония начала военные действия против Великобритании и Голландской Индии даже формально не объявив им войну, под тем предлогом, что "американцы им и так передадут". Авторы неизменно следуя штампу советской эпохи о "дальневосточном Мюнхене", то есть о подталкивании Японии к войне с Советским Союзом, но у Кошкина детально описано, почему Япония так и не напала на северного соседа. А сами США, из текста книги, в отличии от исследований последних десятилетий, занимают куда более мирную позицию и не заводят свои отношения с Японией в тупик, откуда у японцев не остается выхода, кроме войны.

И в заключении - о военных преступлениях, но тут есть свои странности. Описано, как американцы и англичане обвиняли японцев: Батаанский марш смерти и гораздо менее известные и куда более фатальные для военнопленных Сандаканские марши на Борнео (единицы выживших из сотен), расстрелы моряков с потопленных судов и расправы над сбитыми летчиками. Странно то, что советские авторы не упомянули в книге ни обвинения советской стороны в агрессии на Халхин-Голе и Хасане, не печально известного Отряда 731, где погибли и советские граждане. Там вроде же не было что скрывать, а сам Хабаровский процесс над непосредственными исполнителями уже готовился к тому моменту.

«Вот почему так важна для существования человечества и современной цивилизации та неустанная и разносторонняя борьба за мир, которую ведут в послевоенный период страны социалистического лагеря во главе с Советским Союзом». И баста… Председатель верховного суда СССР и журналист-международник Зайцев напряженно думают о том, как бы «красиво» спрятать от читателя их совместного сочинения тот факт, что так называемая победа над Японией абсолютно ничего не принесла большевикам. Ради чего были все эти жертвы и материальные траты? Об этом не знали ни Политбюро, ни политруки… СССР выковал победу своими мозолистыми голыми руками и передал все лавры англо-саксам. Токийский процесс должен был оформить эту передачу, показать востоку «who is who» на самом деле и роль СССР на процессе сводилась лишь к банальному «кушать подано». Для тех «экспертов», которые восхваляют внутреннее содержание данной книги, приведу отрывок из своей же рецензии двенадцатого тома Истории мировой войны, изданной, как ни странно, тоже большевиками. «Стыдно читать, но они (большевики-коммунисты) сами признаются в том, что политические итоги второй мировой войны были подведены аж летом 1975 года в Хельсинки, на совещании по безопасности и сотрудничеству в Европе. Итоги войны и их международно-правовое закрепление произошло именно там. США, Великобритания, Франция, Канада и, самое позорное, бывшие фашистские государства Италия и ФРГ загнали СССР в патовую ситуацию, позволив вкачивать деньги в марионеточные социалистические государства.» И еще: «А вот для США из каждого доллара, израсходованного на военные цели в годы второй мировой, 25 центов составляла прибыль, 18 центов шло на создание запасов вооружения, 8 центов на строительство новых заводов, 5 центов на строительство военных баз, не имевших отношения к борьбе против стран фашистского блока. США практически избежали материальных потерь во время второй мировой. Они составили лишь 1 млрд. 267 млн. долларов, или 0.4 процента общей стоимости потерь материальных ценностей всех стран за время войны. А вот СССР потерял 2 триллиона 569 млрд. рублей. Но не сумел настоять на возмещении даже третьей части этих потерь, будучи основным вкладчиком в фонд пресловутой победы над фашистскими агрессорами.» Эта книга и была, вероятно, издана в надежде на то, что ее мало кто будет читать. Большевики настолько жаждали прогнуться перед англо-саксами, что обвиняли японцев бог знает в чем. Председатель правления японской акционерной компании «Южно-Маньчжурская ж\д» Сюмэй Окава, например, «не признавал Шекспира» (подлец такой), так как считал, что «многие пьесы этого автора изобилуют ситуациями неправдоподобными по своей изощренной жестокости и цинизму…» На данном процессе, который состоялся в 1946 году в зале военного министерства на холме над развалинами Токио (показательно уничтоженного американцами) правили был американцы. Что характерно, к суду над японцами америкашки допустили и французов, и австралийцев, и голландцев, и даже индусов с филиппинцами. СССР со своим красным флагом должен был потеряться на фоне такого числа «победителей». Со стороны СССР все претензии к японцам сводились большей части к перечислению их планов, где-то кем-то подслушанных, где-то кем-то запротоколированных. Планов об агрессии, которая так и не началась. Бедные японцы, бегая за Молотовым и отсылая кипы телеграмм товарищу Сталину с предложением сдачи, так и не поняли, что в Москве ничего не вправе были решать… Большевики были нужны американцам не только для легализации их (американской) победы. Американцы просто писались от одной мысли о том, чтобы вступить на японскую землю после атомной бомбардировки. Япония согласилась на безоговорочную капитуляцию 14 августа 1945 года, а американцы приземлились там аж 30 августа. Это потом уже англо-саксы осмелели… Сам процесс мало чем отличался от постановки под названием «Нюрнбергский трибунал». Просто в качестве доказательств обвинение использовало японские мемуары, или дневники. Большевики – эти борцы на словах с проклятыми империалистами – даже не смогли настоять на том, чтобы к ответственности привлекли руководителей монополии «Мицубиси». Председателя сперва как бы привлекли к суду, но главный обвинитель, американский адвокат Кинан, человек близкий к Трумэну, послал СССР куда подальше и, выражаясь дипломатическим языком «отклонил предложение советского представителя. Кинана поддержали обвинители других капиталистических стран, обладавшие на Токийском процессе абсолютным большинством голосов». Когда на горизонте замаячила угроза монополиям, судебная процедура была быстро переведена с рельсов международного правосудия на рельсы правосудия национального. Прецедент то уже был: германских монополистов, как мы помним, судили американские трибуналы, пользуясь тем, что подсудимые находились во власти США. Кинан крутил трибуналом от души. Допрос императора был больше похож на рекламу зубного американского порошка. Советские же обвинители все больше обвиняли планы японских милитаристов. Обвиняли несмотря на то, что сами же написали следующее: «планам этим, как известно, не суждено было осуществиться». Получается, что и судили именно за отказ нападать на СССР. Но, чтобы читатель, не дай бог, так не подумал, Смирнов и Зайцев сделали ход конем: посадили на скамью подсудимых мифического обвиняемого по фамилии «Японский Империализм» и с пеной на губах заклеймили его. Не обращая никакого внимания на империализм англо-саксов. Аминь!