Биография Бога. Все, что человечество успело узнать

Сократ был живым призывом к долгу строжайшего самоанализа. Самого себя он сравнивал с оводом: своими укусами будит, подгоняет, заставляет сомневаться в каждом мнении. Важно было не конкретное решение той или иной проблемы: важен был путь, которым люди продвигались в поисках его. Философствовать не значит вынуждать оппонента принять свою точку зрения, но сражаться с самим собой. Под конец беседы с Сократом Лахет испытал «метанойю» («перемена ума», «обращение»). Это не означает, что он усвоил некую доктрину: напротив, он понял, что, подобно самому Сократу, ничего не знает.

Изучение Талмуда носит демократический и открытый характер. Если ученик видит, что его не удовлетворяет ответ ни одного из августейших авторитетов, он должен искать самостоятельный ответ. Поэтому Бавли иногда называют первым интерактивным текстом. Поскольку учеников учили раввинистическому методу изучения, они участвовали в тех же дискуссиях и неизбежно вносили свой вклад в непрекращающийся разговор. Некоторые версии Талмуда оставляли на каждой странице пространство, на котором ученик мог добавить собственное толкование. Ученик узнавал, что никто не обладает последним словом: истина постоянно меняется, и, хотя традиция играет огромную роль, она не должна сковывать его собственное суждение. Если он не добавит собственные замечания на священную страницу, линия традиции подойдет к концу. Между тем религиозный дискурс не должен быть высечен в камне: древние учения требуют постоянного переосмысления. «Что есть Тора? – спрашивает Бавли. – Она есть интерпретация Торы».

В наши дни многие понимают рассказ о непорочном зачатии Иисуса так: Бог чудесным образом сделал Марию беременной, в результате чего ее сын был «сыном Божиим», вроде того, как Дионис был сыном Зевса и земной женщины. Однако ни один иудейский читатель не посмотрел бы на вещи подобным образом. В Еврейской Библии мы находим целый ряд необычных рождений: скажем, Исаак родился, когда его матери было девяносто лет. Рассказы подобного рода часто сопутствовали выдающимся людям, чтобы показать: эти люди были отмечены величием с первых минут жизни. Сюжет с непорочным зачатием мы находим лишь у Матфея и Луки – другие новозаветные авторы, похоже, о нем и не слышали, – однако в обоих случаях генеалогии идут через Иосифа, мужа Марии. Для Марка самоочевидно, что Иосиф – отец Иисуса и что у Иисуса есть братья и сестры, хорошо известные первым христианским общинам.