Скверный анекдот

Приезд князя К., местного чудака, всколыхнул благонадёжное сообщество города Мордасово. Останавливается князь в доме Москалевых, где и разыгрывается комедийно-трагический сюжет повести. Мария Александровна Москалева озабочена стремлением выдать замуж дочь Зинаиду. (Которая успела “ославиться” добрачной связью; с попытками скрыть этот скандал связана настоящая детективная история). К Зинаиде сватается Павел Мозляков, но и мать, и дочь считают его неподходящей партией. Тогда-то Марию Александровну и осеняет: почему бы не выдать Зинаиду за князя? Неважно, что он в маразме, странно одевается, еще более странно выглядит, помрет скоро, оставит Зинаиде наследство - это главное. Мордасовское общество, затаив дыхание, ожидает развязки...

Конечно же, я сразу подумала про то, что “Дядюшкин сон” в некотором роде предтеча “Идиота”: князь Мышкин точно так же перевернул жизни всех героев своим приездом. Но на этом (да наличии любовной линии) сходства заканчиваются. Это произведение скорее апеллирует к Гоголю: тут и вполне гоголевские говорящие фамилии, и сюжетные параллели с “Ревизором” и “Женитьбой”. Текст очень по-гоголевски смешной и острый.

Что меня зацепило в произведениии - так это трансформации, через которые Достоевский проводит своих героев. Особенно выделяется в этом отношении князь. Когда мы встречаем его впервые, он смешон и несуразен, чудаковат, очень поверхностен. Внешне он очень напоминает какую-то куклу, весь его облик нарочитый и искусственный с его париком и накладными бакенбардами, нарумяненным лицом и костюмом по последней моде. Гротескный образ русского, пытающегося выдать себя за европейца. В общем, пустышка. На фоне полубезумного князя остальные персонажи воспринимаются как светочи разума и адекватности. А к финалу происходит поворот: граф оказывается единственным персонажем, который способен сопереживать, глубоко чувствовать, что делает его подлинно живым среди “кукол” высшего света. История Зинаиды, кстати, очень напоминает судьбу Татьяны Лариной. Страстная, бескорыстная любовь - расставание, страдание, в конце освобождение от “юношеских грез” - замужество с важным генералом.

Однако это первое произведение Достоевского, которое оставило меня равнодушной. Сама история мне тоже показалась ничем не примечательной. Не могу сказать, что написано плохо, но это явно не тот текст Достоевского, который обязателен к прочтению.

Каждый человек видит других людей по разному. Кто на что обращает внимание - кто-то на внешний вид, кто-то на манеру вести беседу, кто-то ловит слова или ждет поступков. Соответственно, писатели пишут о своих героях, показывая нам то, что видят в людях они. Что же видит ФМ? Видит неловкость каждого своего являемого. Видит неуют его жизни. Видит его кругозор. Еще - обязательно - его материальное положение и как он в нем уживается. Изюминкой же его взгляда является последствия перенесенного унижения героя. За ней то он и гоняется, ее то и смакует. Что это было за унижение? Какая глубина борозды в душе? Куда затянет оно потом, в какие дебри? В смирение ли? В добродетель? В смерть? В страх? В желание оправдаться или отыграться? В ярость? Как униженного будут видеть другие? Захотят тоже унизить или спасти?

В расстановке сил села Степанчикова прожженные обитатели играют против добрейших, а главный, униженный в прошлом, антигерой хочет выжить. И не только выжить, а утвердить свое превосходство над всеми остальными. Он свое возьмет, всех себе подчинит используя то, что сумеет понять о других. Они ему охотно позволят. Почему? Им нравится быть униженными. Хотя бы чуть-чуть. Без боли этот мир не прочувствовать. Пусть будет лучше так, чем по другому. Не хотеть быть униженным это гордыня. Гордыня это грех. Получается, не антигерой он вовсе, никому не навредил, а даже помог.

Если попытаться объяснить одним критерием как видит ФМ своих героев, то проще сказать о них, что они либо игроки, либо идиоты. Игроки всех мастей и идиоты тоже. А потом уже стоит говорить, что Униженные есть в обеих командах и главный двигатель всего происходящего - страдание от унижения. А вот как его отработать - два пути. Путь лукавства и путь святости. Причем, вопреки здоровому принципу "сын за отца не в ответе, а вот отец за сына еще как". Все наоборот! У ФМ еще как в ответе! Унижение отца это мина замедленного действия в мировоззрении сына. Или не замедленного.

Путь святости он и есть путь святости. Мышкин, Алеша, теперь еще и дядя этот Егор. Полковник, к тому же. Бедные рыцари, хоть и не бедны. Доброта, смирение, способность видеть хорошее и светлое, набираться от этого недюжинных сил. С воды и то узор снимут. ФМ бессилен перед ними, он их любит и любуется ими. Перед этим идеалом православного человека. Настолько, что повествуя об их качествах не может привнести в их образы разнообразие. У него от них руки в восхищении опускаются. И не поднимаются окончательно очернить весь этот мир, униженных и оскорбленных. Он верит, что у мира есть шанс, пока есть такие люди.

С игроками он пожестче. Со смаком, пониманием и бесконечным многообразием в вариациях. Их у него много. Этих мужчин и женщин... Умных и глупых. Толстых и тонких. Франтов и оборванцев. Богатых и бедных. Жизнь проживших и только начинающих ее проживать. Расчетливых педантов или самодуров с изощренной фантазией. Пройдох и приспособленцев. Истеричных и зануд. Готовых унижать с умыслом или по неосторожности.

Вот у кого, у какого еще автора можно увидеть этот концентрат унижения в таком масштабе? Русская классическая литература, в основном, творчество дворян. Дворянин значит рабовладелец. Будет ли рабовладелец писать со смаком о своей хозяйской власти во всех ее проявлениях? Сильно ли он замечает то, что унижает уже тем фактом, что является хозяином? Придает ли этому значение? Будет ли писать об этом, если заметит? Граф Толстой со своими причудами писал, но сейчас речь не о нем. Достоевский не был дворянином. Значит, не был рабовладельцем. Но жил в среде рабовладельцев и рабов, хоть бы и бывших (бывают ли бывшие те и другие?). У него был другой взгляд. Когда, в следствие этого понимаешь, что он объективен, в силу происхождения, как никто другой из одаренных талантом - становится страшно. Страшно за наследодателей национального характера в лице его героев. За такую наследственную массу страшно. За такую антропологию. Где на пару сотен игроков и десятка не наберется идиотов и кротких, за которых тоже страшно. Где если не игрок и не идиот, то просто с диагнозом - дурак. А обыденных людей то и нет вовсе. Кто в русских корнях 120-летней давности по-Достоевскому, что за обитатели?

Очень хотелось бы предположить, что ФМ не объективен. Что все дело в его особенном, индивидуальном видении, том самом взгляде. Что пишет он об общечеловеческих проявлениях и смятении, через призму собственного гипертрофированного ощущения неуюта. И национальный колорит тут не при чем. И вообще: преувеличил, фарс это все. Фарс. Но страшно реальность напоминает. Наверное, фарс все же унаследован.

У Достоевского почти каждое произведение максимально насыщенно психологизмом и трепетными ситуативностями. Особенность же данной небольшой повести, думается, в том, что она, как ни старнно... достаточно трудно читается...
Молодой (тогда ещё) писатель кажется настолько "вжился в роль" и одновременно настолько много всего захотел вместить в этот текст, что в результате всё-таки несколько перегрузил его... А бесконечные как-бы анекдотичные отклонения-отвлечения монолога главного героя в начале, мягко говоря, несколько раздражают (может в том числе и поэтому Некрасов от этой вещицы не был в восторге, но в заказанный сборник всё-таки её взял... правда сборник так и не вышел тогда в нормальном тираже и массовый читатель прочитал её гораздо позже -уже после смерти писателя в 1883 году, но это уже несколько другая история).
Что здесь ещё можно сказать?
Вообще, рассказы и прочие "зарисовки" -не конек Федора Михайловича, поле его настоящего творчества -всё-таки полноценный роман... Вот где его настоящие аутентичные миры и его "достоевсковские" герои... Хотя классик, потому он и классик, что на самом деле любое его произведение достойно внимания и интересно для изучения.

Книга прекрасная. Несмотря на то, что образ Фёдора Михайловича как писателя сатирического так и не сложился.

"Село Степанчиково" принято называть "русским Тартюфом". И сюжет повести действительно очень похож на и сюжет пьесы Жана-Батиста Мольера.

Основной персонаж Фома Фомич Опискин - приживальщик под маской святоши, обладающий совершенно невероятным талантом манипулятора, пользуясь безграничным влиянием на пожилую мать хозяина дома, в котором живёт всё семейство, своими нравоучениями, вздорным характером и бесконечными капризами изводит всех окружающих, но более всего, конечно же хозяина дома, полковника Ростанева Егора Ильича.

Однако, если над "Тартюфом" я прям хохотала, то здесь гротескность происходящего вызывала у меня практически физическую боль. Уж не знаю с чем это связано было, толи с тем, что привыкла я к достоевской рефлексии, толи к тому, что Достоевский к ней привык.

Ну и к тому, что было бы смешно, если бы не было так грустно. Фёдор Михайлович в лучших своих традициях вскрывает гнойник современного ему, да и местами современного и мне, русского общества.

Агафья Тимофеевна, матушка полковника, - классический анекдотический образ матери-тирана, те самые, дети которых - их личная собственность. Те свекрови, у которых ни одна невестка недостойна их сына, а сам сын их - неблагодарное чудовище, обязанное возвращать во веки веков жертвенностью своею все бессонные мамины ночи, проведённые у постели некогда дитятки. Женщины, увлечённые бесполезностью своего существования настолько, что нуждаются в муже (сожителе) как в объекте служения, а если нет мужа, то в лидере деструктивной секты или Фоме Фомиче. Женщины, которым для создания фасада своего благочестия необходимо кого-то облагодетельствовать. Советами и реальной материальной помощью, при этом облагодетельстванными всегда будут лица третьи и никогда - члены семьи, особенно благость таких женщин от чего-то идёт именно мимо их собственных детей. Ничего удивительного нет, что у таких матерей вырастают такие дети, как Егор Ильич.

Фигура Егора Ильича в книге вызывала непреодолимое желание его убить и потом пожалеть. Удивительно бесячий персонаж. Почитать родителя своего, безусловно, святая обязанность сына, но некогда модная тенденция виноватить во всех своих бедах мамино воспитание в подобных случаях хорошая прививка от такого рода мамаш, как Агафья Тимофеевна. Жалко, не всегда рабочая. В истории Егора Ильича, честно скажу, не знаю, за что именно мне больше обидно было, за Настеньку ли, за державу ли. То, что вы, Егор Ильич из-за любви поруганной психанули - это хорошо, то, что дело до конца в полном объёме не довели - мерзопакостно. Я б на месте Настеньки за вас бы замуж не пошла в ультимативной форме: либо я, либо Фома Фомич. Вы б, конечно, Фому Фомича выбрали, но и слава богу, меня б от вас, слюнтяя, избавили. А слюнтяй вы, потому что негоже боевому офицеру погоны марать, называя "вашим благородием" человека, чести такой не имеющего. Вы, Егор Ильич, присягу давали, флаг целовали и на такое поругание Отечество отдали!

Вот Фома Фомич же фигура весьма колоритная. Гнида омерзительная, конечно. Всё мне интересно было, когда ж ты, дрянь, нажрёшься. Но... надо отдать должное, талантливая. Это ж какое виртуозный навык игры на струнах человеческой души нужно иметь, чтобы так их всех в бараний рог скрутить. Однако ж тиранство это тоже смимикрированно. Фома Фомич прекрасно иллюстрирует образ человека униженного, униженного не однократно и настолько сильно, что уязвлён потерей своего достоинства, растоптан. И теперь за унижение это своё мстящего. Мстящего, как водится, совершенно не тем, кто когда-то его обидел, потому как обидевший - фигура недосягаемая. Но мстящего тем, кто фигуру обидевшую его некогда теперь олицетворяет. Понятно ли мне от этого поведение Фомы Фомича и жаль ли мне его при этом - нет, ни сколько, ровно так же, как если бы это был маньяк, насилующий детей от того, что некогда сам подвергся насилию.

Читать ли "Село Степанчиково"? Определённо. Достоевский во всём хорош, даже в сатире от которой мне не смешно)

Скучала в очереди, обнаружила в читалке бесплатную повесть Достоевского, в школе почему-то мимо прошла, так и чуть очередь не пропустила. Всё-таки Фёдор Михайлович потрясающего юмориста в себе закопал. Посверкивает талант то тут, то там, и очень жаль, что не каждый роман озаряет своим присутствием.

Повесть житейская, по-своему трагическая, местами мерзкая (в смысле характеров и поступков героев); я её могу назвать и грустной, и нелепой, и смешной, и сатирической, и гомерической. И вроде бы не особо актуальны сейчас эти феерически мелкие, но местечково крупные маргинальные происки благородных мамаш, но читается на одном дыхании и с интересом. Как свидетельство времени, как живая картинка прошлого (по нынешним временам ни от чего и не заречешься-то). Наверное, поэтому Достоевский всегда будет оставаться актуальным классиком.

Конечно, без чахоточной любови не обошлось, всё банально, но я первый раз читаю откровенный рассказ истерика, что он сам себе капец устроил. То есть тут не про трагическое, а про идиотическое! Как в пять лет - "вот я умру, поплачете на моей могилке! А я встану и гордо уйду".

Только Зина - вполне серьёзный, патетически высокодуховный персонаж, над ней Достоевский шутить не умеет. Зато над другими хорошенько издевается. От имён собственных, до поведения, манер, грёз и разговоров. Картина нравов города Мордасова в миниатюре представляет облик затрапезного светского общества середины 19 века - склоки, клевета, интриги, злость, лживые улыбочки и фига в кармане. Даже лучшие представители (исключения вроде Зины) в итоге принимают правила игры и становятся львицами при степенном муже и высоком статусе.

Я очень люблю творчество Достоевского, никогда оно мне не казалось ни занудным, ни безвкусным, как его иногда характеризуют. Но такого Федора Михайловича мне еще видеть не доводилось.
Яркий, озорной, даже, я бы сказала, немного хулиганский сюжет про ревнивого мужа ветреной красавицы получился невероятно забавным. Несчастный рогоносец то у подъездов неверную супружницу караулит, то в приступе праведного гнева в квартиры к посторонним людям врывается. Сам оказывается в дурацкой ситуации, и других в нее втягивает. Хотя у этих других у самих рыльце в пушку, так что не жалко… смешно и поучительно.
А еще важно в любой ситуации быть вежливым. Даже лежа под кроватью с незнакомым человеком, соблюдать видимость приличий:

Ну прелесть же что такое))
А каких чудных персонажей дарит нам автор: обманутые мужья, настойчивые и нагловатые любовники, находчивые и легкомысленные молодые женушки… все удались на славу, живые и колоритные.
А главное сюжет актуален во все времена, подобных историй в мире не счесть, только декорации все время разные, а люди… всегда будут и ревнивые мужья, и удачливые возлюбленные, и шаловливые жены.
Прочитала с огромным удовольствием. Если бы в отдельных сценах текст не становился совсем уж сумбурным, было бы отлично. Но так тоже очень даже неплохо, тем более, что имеющийся сумбур вполне оправдан, соответствует описываемым ситуациям.

Роман, к которому у многих читателей отношение неоднозначное, ну по крайней мере из тех рецензий что я прочитал. Кто-то считает его проходным, юмористическим этюдом на фоне серьезных "идейных" романов Достоевского. А кто-то, наоборот, видит в нем филигранную сатиру, беспощадный анализ русской провинциальной жизни и предтечу будущих психологических глубин Достоевского. Я склоняюсь ко второму мнению. Да, роман поначалу кажется водевилем. Тут и гипертрофированный образ Фомы Фомича Опискина, тирана-ханжи, захватившего власть над мыслями и душами обитателей Степанчикова. И наивный, мягкотелый полковник Ростанев, ставший игрушкой в его руках. И целая галерея комичных, гротескных персонажей, каждый со своими слабостями и причудами. Но смех этот – сквозь слезы. Под фарсовой оберткой скрывается трагедия человеческого достоинства, попранного самодурством и лицемерием. Достоевский вскрывает механизм духовного угнетения, показывает, как легко манипулировать людьми, играя на их комплексах и страхах. Опискин, конечно, карикатура, но в этой карикатуре – узнаваемые черты многих тиранов, больших и малых, в истории и современности.
Именно в этой легкости и комизме персонажей и кроется особая сила романа. Достоевский не давит на читателя моралью, не ставит пафосные вопросы. Он просто показывает, как люди сами позволяют себя унижать и порабощать. И это зрелище – одновременно смешное и пугающее. Вы думаете что перед вами просто забавная история, а это зеркало, в котором каждый может увидеть отражение своих собственных слабостей и страхов. И это, согласитесь, дорогого стоит.

Читайте больше друзья !!!

Что прежде всего (в очередной раз) поражает в этом произведении Достоевского, это - филигранно-психологически точные (достоверные) описания состояний героев и проистекающих сцен-событий (они до такой степени парлептипно-представимые, что периодически приходится останавливаться в процессе чтения для «переваривания» возникающих перед тобой картинок-ситуаций).
Несмотря на то, что хоть и есть здесь парочка гротескно-штампованных персонажей, типа домашнего тирана – отца невесты и фоново-коллективного тела (типичных) свадебно-мещанских гостей, почти все остальные герои произведения сопереживательны.. – вот ведь что интересно (и что особо ценно, как по мне)..
И первые два генерала – собеседники главного героя (который тоже генерал, но о нём ещё чуть попозже), трезво-рассуждающие, осторожные и умудренные опытом (и, кстати, уже без какого-либо штампованно-негативного -«гоголевского» намёка); и жених (и одновременно работник канцелярии, которую курирует наш главный герой) Пселдонимов и, особенно, его мать; и даже сотрудник сатирического журнала «Головешки» (сопереживаетельность его вытягивается уже ближе к концу, когда он вдруг абсолютно верно ретранслирует окружающим (глубинную) генеральскую идею цели появления оного генерала на этой свадьбе).
И в завершение, немного об обещанном главном герое. Вообще герой наш, он, одновременно и типичный и нетипичный персонаж. Типичный – вполне успешный 43-х летний генерал, сын генерала, с вполне гуманными (изначальными) помыслами. Нетипичный: вообще непьющий (первый раз напился здесь по сюжету) и так долго державший внутри себя теоретически-положительные душевные порывы, и даже не только державший, но и даже попробовавший практически реализовать их (здесь).. Что же из этого (всего) получилось, об этом и рассказ сей.. И завершение (его):
– Нет, строгость, одна строгость и строгость! – шептал он почти бессознательно про себя, и вдруг яркая краска облила все его лицо. Ему стало вдруг до того стыдно, до того тяжело, как не бывало в самые невыносимые минуты его восьмидневной болезни.

Я не знаток Достоевского и не то чтобы любитель, это лишь третья книга. Так как школа у мнея давно позади, то разумеется первым был роман "Преступление и наказание". Правда я считаю, что начинать знакомство с этим автором с этой книги уже преступление :-) Потом уже в институте, я читала "Идиот". А так как я к книгам относилась бережно, то разумеется надела обложку. Видели бы вы глаза моих одногруппников, когда они, заинтересовавшись что я читаю, открывали книгу. Разве что у виска пальцем не крутили.

Так вот "Идиот" прелесть как хорош. А эта повесть слабенькая. И вроде повесть, а как же долго и нудно слушалось. Я же повзрослела, чтобы не сказать постарела, должна лучше в литературе разбираться. Ну что я могла понять об этом несчастном идиоте в 20 лет? Значить таки да, сильный роман, если проняло. Правда написан на 7 лет позже села. А тут такие все мерзкие и глупые. И речи у них глупые, и поступки. А может это тот, нелюбимый мною, элемент сатиры сыграл свою роль. Язык отличный, образный, с множеством замечательных сравнений и метафор, а сюжет пшик.

Почитайте лучше Господа Головлевы, если хочется классики и пройдите мимо этой.

«Любите ли вы Достоевского так, как я люблю его, то есть всей душой, со всем энтузиазмом, со всем исступлением...»

За его порой излишнюю мрачность, за возникающее чувство полной безнадёжности, которое накрывает с головой и от которого некуда деться. За его героев, которые, при всей своей шероховатости, такие настоящие и взаправдашние. За те безграничные эмоции и сильные чувства, которые они способны испытывать: гореть дотла, сжигать все мосты, и если кружит яростный вихрь, то он сносит всё на своём пути.

Достоевский — не просто писатель, он — тонко чувствующий мыслитель человеческой души, всех её страстных порывов и внутренних метаний, страха перед всем новым и абсолютного бесстрашия перед любыми трудностями. Фёдор Михайлович видит насквозь своих героев, поэтому каждый находит что-то своё в произведениях великого гения русской литературы.

Но всё же читать Достоевского невозможно быстро, наскоком, не останавливаясь и не раздумывая — по крайней мере, у меня не получалось так читать его произведения никогда. Я ловила себя на том, что очень часто останавливаюсь и, уставившись взглядом в одну точку, долго раздумываю, потом выписываю важные мысли, сохраняю понравившиеся цитаты; поэтому чтение его романов растягивается у меня на несколько дней. В этот раз я взялась не за большой роман — его «Дневник писателя» всё ещё ждёт меня на полке, — а решила прочитать небольшую повесть.

Сюжет прелюбопытный: Сергей Александрович получает довольно сумбурное письмо от своего дяди, полковника Егора Ильича, и, решив выяснить лично, что происходит в имении, приезжает в село Степанчиково, где его встречает довольно странная картина. Все, начиная от самого полковника и его маменьки — генеральши, носятся вокруг приживальщика Фомы Фомича, боясь сказать ему лишнее слово.

Приезд племянника толкает дядю на решительные действия в отношении Опискина, но приживалец оказывается не так-то прост, и мгновенно переворачивает ситуацию, заставляя Егора Ильича униженно просить его забыть обо всех недопониманиях и даже не думать о том, чтобы куда-то ехать. Ситуация кажется заходит в тупик, но...

Достоевский мастерски создаёт образы своих героев. И это касается не только внешности, а в большей степени именно характера. Если самодур, то во всей своей красе, если слабовольный и мелочный, то тоже в полной мере. И как он только находил такие точные слова и подходящие определения, которые подчёркивали именно то, что в данной ситуации и следует выделить и эмоционально окрасить?

И повесть читается словно песня, буквально на одном дыхании. Спектр эмоций при этом невероятно разнообразен: сначала смешно, и вдруг горько, а порой неожиданно всё происходящее начинает вызывать справедливое негодование, а еще мгновение спустя — чувствуешь жалость, от которой не знаешь, куда деться.

Повествование разворачивается неторопливо, всё больше захватывая с каждым поворотом страницы. Невозможно оторваться и расстаться с героями, пока не перевернёшь последнюю страницу. И только тяжкий вздох подчеркнёт всю степень сожаления об этом расставании. И что можно сказать об этой повести? Лучше самого Достоевского никто и не скажет:

Я — самый преданный поклонник творчества писателя. Его произведения — будь то повесть или большой роман — действуют на меня гипнотически. Я могу не всё до конца понимать, но я с наслаждением стараюсь проникнуть во все глубины мысли писателя. Сейчас, перечитывая некоторые книги, я понимаю гораздо больше, чем тогда, когда читала их в более молодом возрасте.

Лелею надежду, что в более позднем возрасте открою для себя новые грани творчества и смогу понять ещё больше смыслов, вложенных мастером в его книги. Но то, что Достоевский — гений русской литературы, — это непреложный факт, и для меня ещё никто не смог с ним в этой гениальности сравниться.