Коллекция детективных романов Ридерз Дайджест

Сорок баксов за одежду на четыре дня — так он рассчитывал. Лихо, но игра стоила свеч — ему не хотелось таскать за собой сумку с вещами.
---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
А еще предлагавшие кофе-латте за четыре доллара.

Но расследование все равно было очень трудным. Возможно, лучшим делом Ричера. Ему пришлось применить логику, дедукцию, интуицию, проделать кучу бумажной работы, исходить не одну милю, чтобы исключить других подозреваемых.

Все города обладают цветом, Эль-Кувейт был белым. Белая штукатурка, выкрашенный белой краской бетон, белый мрамор. Небо, выжженное добела безжалостным солнцем. Мужчины в белых одеждах.

— Он может умереть, сказали мне врачи. Я не хочу, чтобы он умер преступником. Я хочу, чтобы ему вернули честное имя.

Бойню на площади здесь называли зверством. Преступлением против человечности, против города в целом, против самой идеи быть рожденным в Индиане.

Копы расшибаются в лепешку, а прокурорам достается вся слава.

Ричер заботился о своем загаре, потому что чувствовал себя лучше, когда у него темнела кожа.

Он быстро принял душ, тщательно сложил брюки и рубашку и засунул их под матрас. Таким образом он решал проблему глажки. Утром одежда будет выглядеть вполне прилично…

— Ты на что смотришь? — спросил мексиканец.
В этот момент Джеймс Барр наконец все понял. «Ты на что смотришь?» — стандартное начало неприятного разговора в бараках, барах и в темных переулках. Слова, не предвещающие ничего хорошего.
— Ни на что не смотрю, — ответил Барр и сообразил, что только ухудшил ситуацию.
— Я, по-твоему, ничто? Ты называешь меня ничтожеством?

Коридор был узким, и он налетел на другого заключенного, задев его плечом. Затем Джеймс совершил еще одну серьезную ошибку. Он оторвал взгляд от пола, посмотрел на заключенного, с которым столкнулся, и извинился.
Это был грубый промах, потому что фишка не имеет права смотреть в глаза другим заключенным. Если только не хочет выказать им свое неуважение. Таков закон тюрьмы.