Припадок

"Фокусник" Чехов писал брату Александру о «Счастье»: «В сущности белиберда. Нравится читателю в силу оптического обмана. Весь фокус в вставочных орнаментах вроде овец и в отделке отдельных строк. Можно писать о кофейной гуще и удивить читателя путём фокусов».

В рассказе явно прослеживаются две чёткие параллели: мысли (а также чувства) людей и овец. Всегда ли есть между ними разница? Наивные рассуждения и бессмысленные думы героев вполне соответствуют окружающему их фону – силуэтам не спавших овец, которые «стояли и, опустив головы, о чём-то думали. Их мысли, длительные, тягучие, вызываемые представлениями только о широкой степи и небе, о днях и ночах, вероятно, поражали и угнетали их самих до бесчувствия». А два пастуха (80-летний старик и молодой парень) с господским объездчиком размышляли в ночной степи о мифических кладах и счастье: «Есть счастье, а что с него толку, если оно в земле зарыто? Так и пропадает добро задаром, без всякой пользы, как полова или овечий помёт!». Старый пастух признался, что он сам раз десять напрасно искал счастья, причём якобы на настоящих местах искал, но попадал лишь на заговорённые клады. Более того, и отец его искал, и брат искал – «ни шута не находили, так и умерли без счастья»... Старик со своими "овечьими мыслями" о счастье в виде кладов, зарытых где-то в земле, не сумел ответить на вопрос молодого Саньки, что же он будет делать с кладом, если найдет его: «За всю жизнь этот вопрос представлялся ему в это утро, вероятно, впервые, а судя по выражению лица, легкомысленному и безразличному, не казался ему важным и достойным размышления».

Сопоставление людей и овец достигает своего пика в финале рассказа: «Старик и Санька разошлись и стали по краям отары. Оба стояли, как столбы, не шевелясь, глядя в землю и думая… Овцы тоже думали...».

Животная сторона двойственной человеческой натуры часто поражала Чехова. Но всё же он считал, что далеко не всегда жизнь людей является такой беспросветной, унылой и похожей на овечью. Ведь, как отмечает в рассказе автор, с определённой высоты становится «видно, что на этом свете, кроме молчаливой степи и вековых курганов, есть другая жизнь, которой нет дела до зарытого счастья и овечьих мыслей». И, наверное, пока существует эта «другая жизнь», в корне отличающаяся от жизни животного, у каждого человека сохраняется шанс познать её и отыскать источник счастья внутри себя (а не в земле!), разорвав заколдованный круг "овечьего" жизненного сценария.

Представление Чехова о счастье, на мой взгляд, близко к определению Эриха Фромма: «Счастье – не какой-то божий дар, а достижение, какого человек добивается своей внутренней плодотворностью». А духовная деятельность (как труд души), по мнению Антона Павловича, – это именно то, «что отличает человека от животного и составляет единственное, ради чего стоит жить».

Вполне возможно, что посвящение рассказа литератору Я.П.Полонскому было со стороны Чехова не только ответным жестом вежливости, но ещё и указанием на созданную в «Счастье» некую вариацию сюжета стихотворного очерка его старшего современника - «В степи», где ставился вопрос о возможности сближения взглядов на счастье поэта-интеллигента и крестьянина. В очерке Полонского образованный поэт на просьбу мужика помочь ему найти в степи клад ответил таким советом: «Клад у тебя под рукой, только засей свою пашню». Но крестьянин иносказания не понял…

Кроме того, Чехов позаимствовал у В.Г.Короленко (чей рассказ он назвал «хорошей музыкальной композицией») необычную манеру повествования – переплетение и взаимное отражение двух тем: жизни природы, очеловечиваемой за счёт умело подобранных олицетворений, и жизни человеческой души. Соединяясь вместе, упомянутые темы дают ощущение музыкального единства произведения. Чехов же по-своему воспользовался этим творческим открытием, написав собственные версии жанра «музыкального рассказа», – рассказ «Счастье» и повесть «Степь».

В те времена поиски новых возможностей более полного отражения жизни активизировали процессы взаимного обогащения разных видов искусств. Литература и живопись, оказывая влияние друг на друга, тяготели и к музыкальности. Чехов считал, что художественное описание «должно быть прежде всего картинно», но в то же время оно призвано «сообщить читателю то или другое настроение, как музыка в мелодекламации». Кстати, Левитан, прочитав «Счастье», был поражён Чеховым как художником-пейзажистом.

Будучи совершенно самостоятельным произведением, «Счастье» послужило своеобразной пробой пера для работы над повестью «Степь». Если «Степь» Чехов называл «степной энциклопедией», то «Счастье» - «степным субботником» и «quasi симфонией».

«Мне, как медику, кажется, что душевную боль я описал правильно,
по всем правилам психиатрической науки»
(А.П.Чехов о «Припадке» в письме А.Н.Плещееву)

Рассказ «Припадок» был написан Чеховым по просьбе А.Н.Плещеева для сборника, посвящённого памяти В.М.Гаршина, который в период обострения душевной болезни бросился в лестничный пролёт с 4 этажа. Кстати, незадолго до данного трагического события сам Антон Павлович поднимался по этой же крутой лестнице к писателю, но не застал того дома. В ответном письме Чехов сообщил Плещееву: «… есть у меня одна тема: молодой человек гаршинской закваски, недюжинный, честный и глубоко чуткий, попадает первый раз в дом терпимости».

«Припадок» является замечательной художественной иллюстрацией психического расстройства. Сверхчувствительность людей, о которых говорят, что они как будто без кожи, - одна из важнейших особенностей Пограничного Расстройства Личности (ПРЛ). В прежние времена такого диагноза, как и многих других, не существовало, что не могло не затруднять лечение. Более того, не сумела уберечь 33-летнего Гаршина от нелепой смерти и его жена – на тот момент единственная в России женщина с образованием врача-психиатра. Но вряд ли имеет большое значение точное название заболевания чеховского героя, тем более что расстройства достаточно часто бывают смешанными. Вполне возможно, что в рассказе речь идёт даже не о состоянии на грани между неврозом и психозом, свойственном расстройствам личности, а уже о приближении к психозу. В любом случае, наверное, не стоит чрезмерно романтизировать слишком уж тонкую душевную организацию человека, приводящую порой к тяжёлым депрессиям, к самоповреждениям или даже к суициду, как в случае с Гаршиным.

Кроме того, в «Припадке» рассматривается острая социальная тема – узаконенная проституция, затрагиваемая в своём творчестве и Гаршиным. Но у Чехова предметом изображения становится не само по себе это негативное явление, а его осмысление человеком гаршинского психотипа – студентом-юристом Григорием Васильевым, умеющим «отражать в своей душе чужую боль». Чехов вступает в своеобразный диалог с Гаршиным, глядя на проблему под несколько иным углом зрения. У Гаршина падшая женщина страдает от унижения её человеческого достоинства. Нечто подобное ожидает увидеть в домах терпимости и Васильев. Однако при столкновении с реальностью идиллическое представление о проститутках, вынесенное героем из книг, разрушается, что приводит Григория к душевной боли. Вместо ожидаемых страданий и печальной, виноватой улыбки «на каждом лице он читал только тупое выражение обыденной, пошлой скуки и довольства. Глупые глаза, глупые улыбки, резкие, глупые голоса, наглые движения - и ничего больше». И в результате долгих и мучительных размышлений надежда на спасение продажных женщин покидает студента, осознавшего собственное бессилие в борьбе с общественным злом: «истинное апостольство заключается не в одной только проповеди, но и в делах…».

Центром повествования стало исследование душевной боли человека без кожи - Григория Васильева, в образе которого отражены черты Гаршина. Герой «сторожит каждый свой шаг и каждое своё слово, мнителен, осторожен и малейший пустяк готов возводить на степень вопроса». Британский литературовед Дональд Рейфилд (автор самой полной биографии Чехова) охарактеризовал чувствительного студента так: «вполне в духе Гаршина, чист помыслами, горяч душой и находится на грани безумия». Психическое состояние героя раскрывается в соотнесении с красивым природным явлением – падающим снегом, сквозь призму которого можно увидеть настроение и душевную динамику впечатлительного молодого человека.

На протяжении всего рассказа у Васильева прослеживаются симптомы, свойственные, в частности, и упомянутому ПРЛ: эмоциональная нестабильность, импульсивность, раздражительность, резкие перепады настроения, слезливость, неконтролируемый гнев, агрессивность, акты самоповреждения, суицидальные мысли и т.д. Чехов подробно описывает не только течение, но и постепенное приближение нервного припадка, чётко ощущаемое и осознаваемое самим страдающим героем, так как припадок этот был далеко не единственным в его юной жизни. И студент из личного опыта уже знал, что возникшая душевная боль не должна продолжаться дольше трёх дней. Именно так произошло и в данном случае, который оказался лишь очередным (к сожалению, не первым и вряд ли последним) эпизодом психического расстройства этого человека без кожи.

А закончилось всё так же неожиданно, как и началось. Финал же рассказа даже несколько ироничен...

Чехов заслуженно считается одним из главных специалистов по человеческой психологии среди писателей, не только русской, но и мировой литературы. Конечно же, это так, и галерея созданных им образов, всех без исключения - крайне достоверных, поражает своей глобальностью и многообразием.

И вдруг, вот этот рассказ, который у нас по традиции относится к детской литературе. Ну, должен же был классик что-то написать для детей. Так вот, среди того немного в его творчестве, что попадает под этот формат, "Каштанке" как раз и место. Абсолютно правильное решение - отличный рассказ для детей, пусть читают и приобщаются к русской классической литературе. Говорю это на полном серьезе, а то перечитал только что написанное, и сам уловил какой-то легкий налет иронии.

Говорю без всякой иронии - рассказ действительно детский. Подрастающее поколение найдет здесь увлекательное повествование о судьбе смышленой собаки, проникнется переживаниями страдной животинки, порадуется за неё, когда наступит такой хороший и счастливый финал. Хотя, знаете, я вспоминаю свои первые - детские - впечатления, так мне было очень даже грустно. Знаете почему? Мне было ужасно жаль мистера Жоржа. Он так хорошо отнесся к Каштанке, заботился о ней, дрессировал без всякой строгости, сделал из неё артистку, а она предала его и безоглядно умчалась к старым хозяевам, которые относились к ней, когда она жила у них, намного хуже - шутки садистские себе позволяли, табак тот же. Вот и запомнил я ярче всего одинокую фигуру брошенного клоуна и печаль в его глазах.

Известно, что подарил эту историю Чехову родоначальник большой цирковой династии - клоун и дрессировщик Владимир Дуров, по его словам, нечто подобное случилось с ним самим. Антон Павлович блестяще использовал доставшийся ему материал, выступив знатоком не только человеческих душ, но еще и собачьих. Ведь, повесть хотя и написана от третьего лица, но описывает мир именно в собачьем видении. И именно "Каштанку" я вспомнил, когда уже в годы перестройки впервые открыл только что изданную тогда повесть Булгакова "Собачье сердце". Описание видения мира Шариком было так похоже на опыт Каштанки.

Но рассказ не только для детей, еще в большей степени он для взрослых. Используя прием антропоморфизма, Чехов поднимает вопросы о биологической обусловленности такого явления, как привязанность. Привязанность и верность вещи разные; верность - явление совершенно сознательное, привязанность же, управляется инстинктами. По большому счету, такое понятие как "собачья верность", означает инстинктивно обусловленную жесткую привязанность. Этому явлению есть название - импринтинг.

И такое впечатление, что Чехов, как тонкий психолог задает читателям вопрос: а какую роль в жизни человека играет такого рода привязанность? Он предлагает разобраться в себе, ведь, такие понятия как любовь, верность, ответственность стоят так близко с привязанностью, и иногда очень трудно определить, что двигает человеком в том или ином случае - осознанные проявления принадлежащих ему чувств или слепая животная привязанность. И не является ли человек во многих случаях всего лишь Каштанкой, радостно виляющей хвостом?

Почему-то мне всегда казалось, что "Каштанку" я уже читала. Поэтому я решила прочитать рассказ ещё раз, чтобы освежить в памяти сюжет, но по ходу чтения поняла, что нет, ничего подобного я не помню. Скорее всего это была одна из тех книг, на чтении которой настаивали взрослые в моём детстве, а я, разумеется, сопротивлялась, поскольку чтение, которое тебе навязывают, всегда вызывает протест.
Хороший рассказ, но едва ли он для детей. Ребёнка может заинтересовать образ симпатичной собачки, а ещё неожиданный (для ребёнка уж точно) сюжетный поворот в финале. Но вряд ли он сможет оценить чудесный слог Чехова и его тонкий юмор. Здесь юмор вот именно что тонкий: это не привычная его сатира, и проявляется он в искажениях церковных текстов, которые вошли в обиход у забулдыги Луки Александрыча; кличках цирковых питомцев Mr. Жоржа; самом фокусе повествования - несмотря на то, что оно идёт от третьего лица, фактически читатель видит мир и события глазами Каштанки, и здесь тоже много забавного, чего только стоит описание слона с его "толстой рожей с хвостом вместо носа". В общем, слог Чехова даже при отсутствии особенного увлекательного сюжета - это всегда то, почему его стоит читать.
Насколько мне известно, рассказ основан на реальных событиях, о которых автору поведал знаменитый В. Дуров. Так это или нет, но остаётся вопросом, какова была мотивация Чехова: просто пересказать события в своей особой манере или, как это часто у него бывает, прибегнуть к социальной сатире. Поскольку частый герой у Чехова - это тот, кто зачастую находится в подчинении у вышестоящих и молча терпит любое самодурство, то возникает предположение, что такой герой в данном случае - это Каштанка. Она безропотно сносит любое издевательство над собой от хозяина, а хорошее отношение воспринимает довольно равнодушно - ну, повезло, мол. Самое же главное - что терпит она это искренне и даже любя. И если человеческие персонажи у Чехова "терпилы" поневоле, то здесь он показывает следующую ступень: терпеть ещё больше - значит, находиться на уровне животного. Это та ступень, где издевательства уже становятся привычными и даже желанными.
Лука Александрыч и Mr Жорж представляют собой два противоположных мира: первый - это нередко встречающийся у Чехова спивающийся человек из низов, грубый, неотёсанный. Даже ребёнок Луки Александрыча показан как некое его ничуть не облагороженное порождение. К ним Каштанка искренне привязана. Mr Жорж - это мир зарубежный, светский, эфемерный - ведь блистает он лишь на арене цирка. Каштанка к такому "пересмотру ценностей" явно не готова. Возможно, под её образом подразумевается такой привычный для творчества Чехова задавленный, "маленький человек", сжившийся с условиями своего существования на самом глубинном уровне.

Эта повесть по сути монолог Николая Степановича, профессора университета, ученого, семьянина, который подходит к финалу жизни, потому что болен, страдает бессонницей и чувствует себя не слишком нужным на земле человеком. Когда-то в юности у него горели глаза, он был полон энергии, как сам говорит женился по большой любви, сделал карьеру, воспитал детей. Так почему же - делая всё ровно то, что хотел и о чем мечтал он вдруг сейчас так недоволен.
Не могу сказать, что я очень прониклась героем, не во всем он прав, причем такое ощущение, что Николай Степанович и сам от многого отстранился. Между ним и его взрослыми детьми нет никакого тепла, с женой он разговаривает редко, никаких посиделок вечером у камина нет. Это всё так грустно..
Учеников любимых у него тоже нет, студентов профессор сильно критикует. И не потому что он старый ворчун, а в большей степени потому что максималист, он как будто бы хочет чтобы уже в 20 лет молодые люди были умудрены опытом и хотели заниматься наукой, не курили сигарет и вообще были такими вот идеальными героями..
Жениха своей дочери он тоже критикует, причем все так на словах и остается, он никак не воздействует на дочь, хотя жених и правда не кусок золота чтобы за него держаться. Получается, что герой имеет свое мнение, оценивает ситуацию и на этом все. Сыну ему удобнее просто дать денег, чем вникать в его дела. Хотя это тоже не однозначно, он пробует, говорит об этом с женой, но словно бы борется с течением, и все остается как было.
Отдельного внимания заслуживает Катя - сирота, дочь друга, которую если так можно сказать воспитывал Николай Степанович. С Катей он ближе, чем с собственными детьми и женой. Он очень полюбил любознательную девчушку, но та женщина, которой выросла Катя мне не понравилась. Профессора она жалеет, знает что у него не все в ладах с семьей, ну а толку то что.. все равно ничего не меняется.
Грустная история, а не скучная, Чехов имел в виду не ту скуку, которую поначалу понимаешь, читая название. Я люблю Чехова, но с этим произведением не совсем подружилась. Повесть словно бы просит поставить жизнь на паузу и порефлексивность.
Начитка профессиональная, придраться не к чему. Самойлов выше всяких похвал.

Трудно пройти мимо рассказа Антона Павловича с таким многообещающим названием. Счастье, о котором размышляют герои. Счастье, к которому все стремятся так или иначе, и старик-пастух восьмидесяти лет, и молодой парень-пастух. Счастье, которого как бы нет, никто его не видит и не понимает.

По существу, в рассказе ничего не происходит.

На фоне такого колоритного сеттинга старик рассказывает историю некоего Ефима Жмени, от которого всем был только вред. Казалось, причем здесь счастье? При том, что этот Жменя по слухам знал, где зарыты клады. Чем не счастье, откопать клад и вмиг разбогатеть? Если бы всё было так просто...

Можно ли вот так взять и неожиданно найти счастье, не сильно над этим потрудившись? Прослеживается противопоставление старости и молодости.

«Старик и Санька разошлись и стали по краям отары. Оба стояли, как столбы, не шевелясь, глядя в землю и думая. Первого не отпускали мысли о счастье, второй же думал о том, что говорилось ночью; интересовало его не самое счастье, которое было ему не нужно и непонятно, а фантастичность и сказочность человеческого счастья» .

Что делать с неожиданно свалившимся счастьем (предположим, оно вдруг свалилось) не знают, по сути, оба. Старик даже не задумывался над вопросом, что будет, если он отыщет клад. Старый и молодой разобщены, каждый думает о своём, они не разговаривают (хотя им было бы что обсудить).

Напрашивается вывод: над счастьем надо трудиться, только так можно его обрести. А закопанный кем-то клад – это чужое счастье, не твоё. Но, мне кажется, это слишком простое объяснение. Есть в самой истории с кладами какая-то глубинная несправедливость, присущая жизни.

Вот, например, такая фраза: «только отсюда и видно, что на этом свете, кроме молчаливой степи и вековых курганов, есть другая жизнь, которой нет дела до зарытого счастья и овечьих мыслей». Что-то не так в общем укладе жизни, где кто-то прячет клады, а другие мечтают о том, чтобы их откопать, не понимая, зачем им это нужно. И разве можно закопать, похоронить настоящее счастье?

Клад в этом контексте может быть гибкой метафорой.

Последняя фраза блестящая:

Так и над рассказом хорошо бы подольше подумать, чтобы открылись зарытые в нем смыслы.

«Спать хочется» — рассказ, написанный русским писателем Антоном Павловичем Чеховым, в котором он, основываясь на эпизодах из своего детства, знанием медицины и психологии, раскрывает перед нами трагедию обездоленного детства, сломленного бесчеловечными условиями жизни и отсутствием сострадания со стороны взрослых.

Основная мысль книги состоит в том, чтобы показать большую трагедию обездоленного детства, сломленного бесчеловечными условиями жизни и отсутствием сострадания со стороны взрослых.

В произведении поднимаются следующие темы: Тема бедности и трагедия детей, лишенных детства; Непосильный труд и эксплуатация детей; Социальное неравенство и безразличие общества; Одиночество и отчаяние.

Произведение с первых страниц погружает читателя в мрачный, безысходный мир городской бедноты, где свет тускл, а надежда почти отсутствует.

Действие рассказа разворачивается в небольшой комнате, служащей и мастерской, и спальней, что подчеркивает тесноту и замкнутость существования главной героини.

Сюжет разворачивается вокруг девочки-подростка Варьки, работающей нянькой в семье сапожников, которая истощена постоянной бессонницей и непосильным трудом. Она борется со сном, ухаживая за младенцем хозяев, который постоянно плачет. В своем бреду Варька ищет способы уснуть, и в итоге находит единственный способ… обрести сон.

Характеристика героев

Варька. Тринадцатилетняя девочка, изможденная, полуголодная, лишенная детства. Она — жертва обстоятельств, находящаяся на грани физического и психического истощения. Её мысли путаны, сознание тонет в бреду, что демонстрирует крайнюю степень усталости.
Хозяйка(сапожница). Жесткая, безразличная женщина, полностью сосредоточенная на своей работе и совершенно не замечающая страданий Варьки. Её заботит только собственное удобство и выполнение работы.
Хозяин ( сапожник). Аналогично хозяйке, он равнодушен к состоянию Варьки, озабочен лишь собственными делами и сном.
Младенец. Символ постоянного, изнуряющего шума и помехи. Его плач — последняя капля, окончательно лишающая Варьку рассудка.

Субъективная оценка

“Спать хочется” — как может вначале показаться по названию, не наивная беллетристика. А по сути, это многогранный рассказ, в котором тесно переплетается реализм происходящих событий с тонким психологизмом и философским размышлением о трагедии обездоленного детства и отсутствием сострадания со стороны взрослых.

После прочтения книга оставляет пустоту в душе и шокирует, просто не остается никаких слов, чтоб выразить свои эмоции. В рассказе не распознается привычный для нас Чехов — теократ и гуманист, он оборачивается в грозного моралиста, приводящего каждого из героев к тому, чего они действительно заслуживают, а уставшая Варька — простого человеческого сна. При этом, Чехов намеренно оставляет финал открытым, не рассказывая, что случилось потом…

Рассказ «Спать хочется» создает тяжелую атмосферу, в которой нет места свету и надежде. Читатель с первых строк ощущает безысходность положения Варьки.

Чехов использует мощный психологический прием: он позволяет читателю погрузиться в сознание Варьки, пережить её страдания, борьбу со сном и бредом. Это вызывает глубокую эмпатию и сочувствие к героине, а также шок от её финального поступка.

Автор в своем рассказе стремится показать причинно- следственную связь между поднимаемыми темами, и возникновения деструктивного психического состояния у подростка.

Тема бедности и тема трагедии детей, лишенных детства. Бедность— осевая тема произведения, которая всегда была актуальна для мира рабов и господ. События произведения разворачиваются в период крепостной России XIX века, когда от безысходности и бедности крестьяне отдавали своих детей прислуживать в богатые дома. Хуже всего приходилось девочкам, так как с них выполняли полноценную работу, порой не посильную даже взрослым, забывая о том, что это обыкновенные дети, которые становились разменной монетой – подай т о, принеси другое, и при этом не забудь уложить спать ребенка…. При таком темпе работы и от постоянного хронического недосыпания, психика детей не выдерживала такую нагрузку, поэтому развивались физические и психологические срывы, приводящие нарушению целостности здоровья.
Трагедия детей, лишенных детства является основной темой произведения, которое вызывает сочувствие со стороны читателя. Варька — маленький человек с сильнейшим эмоциональным стержнем внутри, помогающим выносить тяжесть воспоминаний об утраченном счастье и мысли о приобретенных обязательствах. Таких, как Варька, детей, не познавших детского счастья, было несметное количество: счастье – родители, которых у них отнимали эпидемии, бедность и повсеместное пьянство, оставляя их сиротами и брошенными на произвол судьбы.

Тема социального неравенства и безразличия общества ярко выражена в рассказе А.П. Чехова через противопоставление двух миров: мир хозяев-сапожников, имеющих относительно устроенную жизнь, и мир детей – в лице Варьки, обездоленной девочки- прислуги. Это наглядно демонстрирует глубокое социальное расслоение общества. Положение Варьки как бесправной прислуги проистекает из её низкого социального статуса и бедности. Она вынуждена работать за еду и кров. Трагедия Варьки не является исключением, а скорее отражением типичного положения детей из низших слоев общества, которые вынуждены были рано начинать трудовую деятельность в тяжелейших условиях. Чехов показывает, что это не просто частный случай, а системная проблема, укоренившаяся в общественном устройстве. Чехов с помощью рассказа обличает равнодушие общества к страданиям низших слоев, особенно детей, и показывает, как социальное неравенство приводит к бесчеловечной эксплуатации и трагическим последствиям для тех, кто находится на дне социальной лестницы.

В рассказе Чехов акцентирует внимание на теме непосильного труда и эксплуатации детей, который раскрывается через образ главной героини, тринадцатилетней Варьки. Тема раскрывает бесчеловечные условия, в которых дети вынуждены работать, не имея возможности отдохнуть и развиваться. Это приводит к физическому и умственному истощению, потере человеческого достоинства и в конечном итоге к трагическим последствиям. А к чему может привести пытка «лишением сна» 13-летней девочки в течении двадцати четырех часов... И вот тут автор раскрывает себя как истинного врача и психолога в одном лице. Он показывает, что невозможность выспаться постепенно подводит главную героиню к галлюцинациям, помешательству и потере адекватного восприятия реальности. По сути, Чехов ставит неутешительный диагноз обществу, где царит произвол взрослых и нещадная эксплуатация беззащитных детей. Чехов через образ Варьки и её трагическую судьбу ярко и без прикрас показывает читателю ужасы непосильного детского труда и эксплуатации, которые ведут к полному разрушению личности и человеческой трагедии.
Тема одиночества и отчаяния является одной из центральных и пронизывает всё повествование, раскрываясь через судьбу главной героини Варьки. Она живёт в чужом доме, где нет никого, кто мог бы проявить к ней тепло, заботу или хотя бы немного сочувствия. У неё нет ни друзей, ни родственников (её родители умерли). Она полностью изолирована от общества. Особенно остро она ощущает своё одиночество по ночам, когда весь дом погружается в сон и только она остаётся наедине с плачущим младенцем и своими мыслями. В эти часы она предоставлена самой себе, и её измученное недосыпом сознание начинает блуждать между реальностью и фантазиями. Даже когда она видит в своих галлюцинациях умерших родителей, этот контакт — лишь плод её больного воображения, который не приносит ей облегчения. Эти видения лишь подчёркивают её глубокое желание быть не одной, но даже в них она сталкивается с нереальностью и невозможностью получить настоящую поддержку.

Повествование ведется от третьего лица, с глубоким погружением в сознание Варьки, что позволяет читателю пережить ее страдания.

Сюжет рассказа потрясает своей жестокостью по отношению к няньке и малышу.

Психологизм рассказа раскрывается через глубокое погружение во внутренний мир главной героини Варьки, её искажённое восприятие реальности под воздействием крайнего истощения, а также через демонстрацию психологического безразличия других персонажей.

Автор как истинный знаток детской психологии делает акцент на исследовании внутреннего мира главной героини, Варьки. Он убедительно и достоверно показывает, как отсутствие сна приводит к физическому и психическому истощению. её тело не слушается, глаза слипаются. По мере нарастания усталости, сознание Варьки деформируется. Она начинает путать реальность со сном, видеть умерших родителей, старую бабушку, разговаривать с ними. Эти “сны наяву” являются классическим симптомом депривации сна и демонстрируют потерю контроля над сознанием. Её мысли становятся отрывистыми, несвязными. Под воздействием усталости и бреда внешний мир воспринимается Варькой избирательно. Она слышит только те звуки, которые раздражают (плач младенца), и видит только то, что мешает ей спать. Младенец из невинного существа превращается в её сознании в источник мучений, причину её страданий и единственную помеху сну. Крайняя степень отчаяния и деградации сознания приводит к тому, что Варька теряет базовые человеческие инстинкты и моральные ориентиры. Устранить раздражающий фактор в лице младенца становится единственным “логичным” способом прекратить свои мучения и обрести желанный покой. Кульминация отчаяния Варьки выражается в чудовищном поступке…Это не акт зла, а результат полного психического истощения и отчаяния, когда мозг, доведенный до предела, выбирает самое страшное “решение” проблемы, чтобы обрести желанный покой.
Таким образом, Чехов демонстрирует, что одиночество и абсолютное отчаяние, порожденные невыносимыми условиями жизни, приводят к трагическому слому личности, доводя человека до состояния, когда он теряет последние остатки здравого рассудка.

В то же время автор анализирует внутренний мир людей, которые являются частью социума и для которых свойственны эмоциональная закрытость и равнодушие. Владельцы не видят в Варьке личность, а рассматривают её как инструмент для выполнения задач. Их мысли сосредоточены на собственных потребностях: спокойном сне и выполнении обязанностей. Они не проявляют сочувствия к Варьке и не замечают явных признаков её истощения. Более того, они критикуют её за медлительность или неаккуратность, не осознавая, что это результат её чрезмерной усталости. Это образ людей, которые настолько погружены в свои проблемы, что перестают замечать страдания окружающих. Их отношение к Варьке шаблонно: дать указание, отругать, заснуть. В их общении с ней нет ничего личного, эмоционального. Их безразличие граничит с эмоциональной глухотой.

Таким образом, рассказ “Спать хочется” — это глубокое психологическое исследование того, как крайняя нужда и депривация могут разрушить человеческую психику, довести ее до безумия и страшных поступков, а также того, как социальное безразличие может стать фоном для такой трагедии.

Мораль рассказа состоит в том, чтобы обратить внимание читателя на призыв к состраданию и осмыслению условий жизни обездоленных. Он показывает, к чему может привести равнодушие общества и эксплуатация, доведенная до крайности. Мораль произведения заключается в том, что безысходность и отчаяние могут толкнуть человека на самые страшные поступки.

В произведении понравилось: глубина психологического проникновения Чехова в сознание измученного человека, которое передается через детальное описание состояния Варьки и умение автора показать трагедию одним, но очень сильным штрихом.

Что не понравилось. Поразительная жестокость и безысходность концовки рассказа. Хоть это и является художественным приемом, финал оставляет гнетущее впечатление…

Авторский стиль, язык повествования. Язык повествования Чехова лаконичен, точен и выразителен. Он использует минимум слов для создания максимально яркой и объемной картины. Стиль реалистичен, без прикрас, что усиливает драматизм сюжета.

Автор рассматривает произведение с точки зрения христианской символики. К материальным символам можно отнести: образы и тени, лампадку, калошу. К одушевленным – ребенка, сверчка, людей с котомками, ворон и рыбу. Символичные цвета: зеленый, серый, черный.

Рассказ учит быть внимательным к окружающим, особенно к тем, кто находится в уязвимом положении. Он показывает, что человеческая жизнь и психика не безграничны в своей выносливости и что равнодушие может привести к катастрофическим последствиям. Это предупреждение о социальной несправедливости и ее губительных последствиях.

В целом, “Спать хочется” — это один из самых пронзительных и трагичных рассказов Чехова, который с безжалостной правдивостью обнажает социальные проблемы своего времени и вечную тему человеческого страдания. Он оставляет глубокое впечатление и заставляет задуматься о ценности человеческой жизни и ответственности общества за своих самых слабых членов.

Отражение русского менталитета?.. Нет, конечно же. Хочется верить, что нет. Но отчего в таком случае именно этот рассказ Чехова настойчиво пихают в школьную программу? Оттого, что рассказ как бы для детей (ага, щас!)? Оттого, что «про животных»? О том, что якобы (как нам объясняли в школе) он – о верности, блин, «истинным хозяевам»?.. Мне искренне нравится эта проклятая «Каштанка», но так же искренне я ее ненавижу. В ней Чехов изобразил рабское мышление, которое пытаются стыдливо прикрыть преданностью. Преданность – отличное качество, но оно должно базироваться на хорошем отношении. Если вас, простите, бьют, всячески вас ущемляют, оскорбляют, а вы свободу от угнетения воспринимаете, как что-то неправильное, готовы в первую же минуту бежать к своему мучителю, ибо у вас «преданность»… Это, простите, не преданность. Это стокгольмский синдром.

Упомянутая уже Каштанка – существо забитое, неприспособленное к нормальной жизни. Ей тоже нравится ласка, и она принимает доброту, оказавшись волей судьбы у нового хозяина. Но старый хозяин, с его издевательствами, оказывается ей дороже.

А какая «поучительная» история, не так ли? Только вот о чем она может рассказать детям? Что можно издеваться над животными, а они все равно будут терпеть и верность хранить (так что можно особо себя не ограничивать)? Что «бьет – значит любит»? Что «свое» злое лучше чужого «доброго»? Что лучше терпеть издевательства, но зато с «любимым»? А жизнь с нелюбимым, но нежным и заботливым – это фу-фу-фу? Нет, честно, что было в головах у тех, кто решил давать это несчастным детям, у которых ценности еще не устоялись?

Сам Чехов, который терпеть не мог всяческие унижения и издевательства, ибо в своем детстве натерпелся, уж точно не писал этот рассказ со «скрепными» мыслями. Скорее уж «Каштанка» об униженности наших людей, которые имели право только любить своего императора, терпеть бесконечные унижения от власти и при этом молчать – свободу мнений-то еще не ввели. Чернь-то без сожаления топтали конями, разгоняли «голодные бунты», вспомните хоть, как у нас появилась первая конституция, как нужно было тряхнуть эту власть, чтобы она в кои-то веки расщедрилась. Хочется верить, что однажды этот рассказ перестанет быть актуальным. А то силен «испанский стыд» от образа Каштанки, которая так легко предает все хорошее новое во имя привычного отвратительного.

Удивительно как такой маленький, я бы даже сказала, совсем крохотный рассказ может оказаться таким интересным. Интересным не в плане какой-то интриги, сюжетных ходов и прочего – главный спойлер написан в аннотации, к сожалению. Думаю, не знай я финал истории, то эмоций у меня было бы больше. Интересным рассказ для меня стал потому, что заставил задуматься о том, кто же виноват в том, что случилось. Доведенный до отчаянья человек совершил страшный поступок? В современном мире Вареньку бы положили в психиатрическую больницу, мать лишили родительских прав, вменив ей невыполнение родительских обязанностей, поступок Вареньки широко бы освещался во всех новостных лентах, обсуждался сотнями комментариев, где ругали бы всех и вся, начиная от родителей, заканчивая компьютерными играми. О смягчающих обстоятельствах бы упомянули вскользь, но до конца дней своих Варенька носила бы клеймо убийцы младенцев, жалости к ней бы никто не проявил. Однако в комментариях к книге я читаю, что в основном поступок Вареньки оправдан в глазах читателей – не ее вина, вина тех, кто поставил ее в такие условия. Мы ведь не будем удивлены, если доведенный до отчаянья зверь бросится на человека? Вполне очевидная реакция, скажем мы. Но зверя пристрелим. И с Варенькой будет также, мы ее поймем, но второго шанса не дадим. Любое живое существо, лишенное удовлетворения базовых потребностей, способно на страшные поступки. Рано или поздно терпение кончается у всех.

Впервые "Скучная история" увидела свет под обложкой сборника "Хмурые люди". И мне кажется, что название сборника могло стать вторым названием этой повести.

Хмурые, потому что безрадостные. У каждого героя повести своя причина быть хмурым. но все же, во главе стоит хмурость Николая Степановича. Я не буду углубляться в сюжетные линии повести, тем более, что сюжета как такового в ней и нет.

Пожалуй, это самая сильная вещь, из всего, что мне довелось читать, где исследуется проблема извечного и неумолимо предъявляющего свои права на человека, одиночества.

Одинокими мы приходим в этот мир и одинокими уходим из него. И только это есть несокрушимая истина. Живем мы тоже будучи одинокими, но столкновения с иными одиночествами рождает у нас иллюзию, что это не так. Поддержанию этой иллюзии могут способствовать профессиональная или идейная увлеченность, семейная и личная жизнь, достигнутая авторитетность в социуме, но..., если человек умирает внезапно, его можно считать счастливчиком, потому что смерть застигает его во власти иллюзии и ему удается избежать жестокой и костлявой правды одинокого ветра уходящей жизни.

А вот те, кто осознает процесс собственного умирания, оказываются на самом ветродуе. Главному герою - Николаю Степановичу - в полной мере досталась "чаша сия".
Под ветром одинокого умирания слетела позолота с, казалось бы, прославленного имени, с ученых заслуг, с общественного положения, с личных отношений с окружающими его людьми. Перед лицом неизбежного финала все предстало бессмысленным и несущественным, рождающим только скуку и раздражение.
Коллеги предстали мелочными и поверхностными, жена и дочь - чужими и непонимающими. Единственный "луч света в тёмном царстве" - Катя - приемная дочь.

Кое-кто видит в отношениях Николая Степановича и Кати нереализованный любовный потенциал. Например, не так давно был сюжет по ТВ, о том, что кинорежиссер Харченко начал съемки нового фильма по "Скучной истории" с Юрием Соломиным в главной роли. Так вот там сделан акцент именно на несостоявшийся роман между отцом и приемной дочерью. Но мне кажется, Чехов не это хотел сказать, наметив духовную близость между профессором и несостоявшейся актрисой.

Николай Степанович тянется к Кате потому что она единственный человек в его окружении, которая не прячет и не маскирует свое истинное отчаянное одиночество. Катя тоже умирает - не физически, но духовно, и Николай Степанович это чувствует и пытается уцепиться за эту последнюю доступную ему иллюзию... Но все же у Кати нет той безысходности, что у профессора, и иногда она пытается вернуться к "настоящей" жизни, тогда она тоже вызывает в нем раздражение и неприятие.

В свете грядущего тотального небытия все обыденное, включая науку, искусство, литературу, разваливается на не связанные общей идеей фрагменты, теряется "бог живого человека".
"А коли нет этого, то, значит, нет и ничего", - заключает устами главного героя Чехов.

"Беда Николая Степановича в том, что он - атеист", часто при обсуждениях высказывается и такое мнение. "Вот, если бы он верил, то Вера не позволила бы ему лишиться интереса к жизни" - спорное суждение. Я видел умирающих людей, неистово ищущих спасения в Вере, они так же теряют интерес к тому, что происходит вокруг, они сосредоточиваются на внутреннем мире, они так же уходят в одиночество, поелику Бог принимает только в индивидуальном порядке.

Трагедия одиночества звучит с одинаковой силой, независимо от того, страшится ли человек грядущего ада или схлопывания, за которым нет ничего, кроме смерти индивидуальной вселенной.

Наверное, единственным спасением от холодного ветра предсмертного одиночества могла стать любовь, настоящая Любовь - не половая, не собственническая, а Любовь-принятие. Её нельзя путать с Верой, это разные вещи, но Вера без Любви невозможна. А Веру нельзя путать со страхом, ибо настоящая Вера страха не знает. Настоящая же любовь может быть только к жизни самой, и тогда даже смерть становится составной и необходимой частью этой жизни. Но научиться этому нельзя, это должно прийти само, здесь рецептов нет.

Апофеозом повести становится финальная сцена, когда Николай Степанович не в силах ответить, пытающейся вернуться к жизни Кате "что делать?" Весь опыт его большой, удачной и красивой, как ему раньше казалось, жизни оказывается несущественным, он сам не знает что делать? зачем делать? и стоит ли вообще что-то делать?

Последним "гвоздем в крышку гроба" становится отъезд Кати в Крым. "Значит, на похоронах у меня не будешь?" повисает не озвученный вопрос. Это последний всплеск интереса к жизни, ведь, на похоронах плачут не о том, кто ушел, плачут о себе - оставшихся. Кати на похоронах не будет, значит, ей, единственной, кто, как казалось ему, его понимал, будет все равно, был он или нет.

Чаша жизни до краев наполнилась пустотой, и последней капле чего-то весомого, что было до того в этой чаше, Николай Степанович прошептал: "Прощай, моё сокровище!"