В поисках Шекспира

Крайне интересный взгляд на Шекспира и его феномен. Непривычный ракурс, ибо автор этой небольшой лекции - не литературовед, а знаменитый британский режиссер, поставивший много шекспировских пьес на театральных подмостках. Я бы не сказала, что основной вопрос здесь "а был ли мальчик Шекспир? Скорее Брука больше интересует, что же в пьесах Великого Барда такого, что возвело их в абсолют стиля и мысли еще четыре века назад и ситуация не изменилась до сих пор. Брук очень интересно трактует понятие "музыки" и "поэзии" в произведениях Шекспира - он подразумевает под этим нечто отличное от привычных словарных значений, нечто метафизическое и эфемерное. Заслуживает внимания идея о многоуровневости обсуждаемых текстов:

В каждую данную секунду он осознавал не только само действие, но и на бесчисленном количестве уровней отношения, связанные с действием. ...он мог раскрыть смысл рассказываемого, обнаружить человеческий характер, связанный с этим смыслом, и в то же время найти единственно подходящие слова из двадцати тысяч слов английского языка, имеющихся в его распоряжении: найти слова, содержащие резонансы, собирающие воедино разные уровни ассоциаций, наполнявших его.

Брук не говорит ничего нового, ничего революционного. Как я понимаю, он на это и не претендует. Но он подает всем известные факты, которые в принципе будут справедливы не только для Шекспира, но и для любого другого выдающегося автора, под оригинальным театральным соусом. Это взгляд на Шекспира глазами человека восприятия, а не человека науки. Тем и ценен.

8 / 10

Это рецензия на лекцию, прочитанную великим режиссером Питером Бруком 12 мая 1996 года в Берлине. Ввиду отсутствия печатного варианта (по крайней мере, я таковой не обнаружил), пришлось закачать текст в виртуальную библиотеку сайта. * Споры о том, кто такой Шекспир не утихают до сих пор. Нет, уже никто не ставит под сомнение существование актера театра «Глобус» с таким именем. Весь вопрос, являлся ли он автором девяти томов собрания пьес и сонетов? Кого только не подставляли на его место – и Бэкона, и Марло, и Оксфорда… Есть даже фантастическая версия об узбекском происхождении, потому что первый элемент его фамилии по звучанию совпадает с арабским «шейк», а второй означает «мудрый человек». Правда, если следовать этой логике, то Чехова надо будет причислять к чехам. :) * Брук подошел к этому вопросу проще. Он просто смоделировал обстановку, в которой приходилось трудиться Шекспиру. Что такое театр его времени? Это постоянные премьеры. А теперь представьте, что раз в две-три недели вам приходится наизусть заучивать трех-пятиактную пьесу. И хорошо, если представление устраивалось в стенах театра, где мог быть суфлер. Гораздо чаще проводились «народные представления», где публика стояла вокруг платформы с актерами. Там даже декораций не было, и, чтобы обозначить место действия, произносились фразы типа: «Мы в лесу» или «Мы в поле». Есть большие подозрения, что актеры часто забывали текст и вовсю пользовались традицией пришедшей еще из комедии дель арте – импровизацией. А теперь суммируем все сказанное. Десять лет тренировки на подмостках и пропускания через себя огромных массивов стихотворных и прозаических текстов. Выработанное чувство стиля. Умение импровизировать. Сложите все это, помножьте на феноменальную память, которой, несомненно, обладал Шекспир, и все встанет на свои места. Удивление будет вызывать не то, что он написал пьесы, а то, что первая из них была написана только в 28 лет. По всей видимости, драматургический опыт имел определенный успех, и он вынужден был включиться в гонку премьер, регулярно выдавая на гора шедевр за шедевром. *** И не просто шедевры. Даже Брук, поставивший множество пьес Шекспира, не всегда знает, как играть их. В лекции приводится пример из «Бури». Попытаемся поставить себя на место актера, который из нижеследующего текста должен понять, что из себя представляет Просперо. My ending is despair Оставшаяся часть моей жизни есть отчаяние, Unless it be relieved by prayer Если она не будет облегчена молитвой, Which pierces so that it assaults Которая так пронизывает, что атакует Mercy itself and frees all faults Само милосердие и освобождает от всех провинностей. As you from crimes would pardon'd be Так как вам будут прощены все преступления, Let your indulgence set me free Я прошу вашей снисходительности, чтобы вы мне дали свободу.

Если вы не поняли, как играть этот кусок, рекомендую прочитать лекцию. )

P.S. Обсуждение лекции в литературно-видео клубе «Дискурс» можно посмотреть здесь.