Загадочная Московия. Россия глазами иностранцев

В России вообще народ здоровый и долговечный. Недомогает он редко, и если приходится кому слечь в постель, то среди простого народа лучшими лекарствами, даже в случае лихорадки с жаром, являются водка и чеснок.

Они в состоянии переносить сильный жар, лежать на полке и вениками нагоняют жар на свое тело или трутся ими (для меня это было невыносимо). Когда они совершенно покраснеют и ослабнут от жары до того, что не могут более вынести в бане, то и женщины и мужчины голые выбегают, окачиваются холодною водой, а зимою валяются в снегу и трут им, точно мылом, свою кожу, а потом опять бегут в горячую баню. Так как бани обыкновенно устраиваются у воды и у рек, то они из горячей бани устремляются в холодную.

Летом по Московии лучше было не ездить, особенно в дожди, а весной и осенью дорога становилась почти непроезжей.

Собравшись с силами, Небес послушный воле,
Направься к полночи, не замедляя доле, в далекий край земной.
Не зная этот край, бранит его иной,
Но ты воспользуйся годов своих расцветом,
Сам правду всю узнай, не верь чужим изветам.

Обыкновенно кушанья у них приготовляются с чесноком и луком: поэтому все их комнаты и дома, в том числе и великолепные покои великокняжеского дворца в Кремле, и даже сами русские (как это можно заметить при разговоре с ними), а также и все места, где они хоть немного побывают, пропитываются запахом, противным для нас — немцев.

Их рыбный рынок можно узнать по запаху раньше, чем его увидишь или вступишь в него.

Московиты относятся терпимо к представителям всех наций и религий, и ведут сношения с лютеранами, кальвинистами, армянами, татарами, персиянами и турками. Однако они крайне неохотно видят ислышат папистов и иудеев, и русского нельзя сильнее обидеть, как выбранив его иудеем или жидом, хотя многие из купечества довольно похожи на жидов.

Не все иностранцы сразу понимали, зачем русским нужны имена их родителей. Но Барон знал, что у русских вежливое обращение предполагает употребление как имени, так и отчества, и западных европейцев в Московии они часто называли по-своему. К Николаасу Витсену, к примеру, обращались «Николай Корнельевич».

Герберштейн создал бессмертный афоризм о русской земле:
«Дороги в тех краях измеряются не беретами или милями, а днями пути».

— Держи себя таким, каким ты хочешь, чтобы тебя считали.