Эмир Кустурица. Автобиография

"Телевизионные новости, игравшие главную роль в этой войне, продолжали выдавать ложь за правду. Все очевиднее становилась диспропорция между реальностью и вымыслом. Между правдой и ложью! Лгали все. Американцы, англичане, немцы, сербы, мусульмане! Всего через пять дней после начала войны телеканалы, более быстрые, чем пуля, выпущенная из автомата Калашникова, сообщили о 250 000 погибших! Складывалось впечатление, что кто-то запланировал эту цифру и делал все возможное, чтобы ее достичь. Даже гитлеровской Германии не удалось добиться таких результатов в начале военных действий. Дезинформационный бум достиг своего апогея."

Один из кинокритиков даже заявил, что я — прямой потомок бога Диониса. Разумеется, он преувеличивал, но кто знает, что способны выявить сегодняшние эксперты. Я хотел скромно промолчать, но по своей глупости не удержался и ответил.
— На самом деле я — сын отца Диониса, — сказал я по-французски.
Критик бросил на меня озадаченный взгляд.
— То есть вы хотите сказать, что вы — брат Диониса? — спросил он.
— Нет, я — сын отца Диониса, — упорствовал я.
Критик некоторое время в растерянности смотрел на меня и в итоге улыбнулся:
— Даже если это лишено здравого смысла, звучит неплохо!
— Ну что ж, надеюсь, теперь вы меня поняли.
Позже я долго ломал голову, пытаясь разобраться в этой мысли, возникшей на фоне приема снотворного, смешавшегося с пивом.

Сенка вспомнила, как полезен ей был избыточный вес ее сестры Изы на улице Каты Говорусич. Когда Сенке надо было постирать китайский ковер, в итоге избежавший акции по спасению ценных вещей от быстрого и неумолимого разрушения, она всегда звала свою сестру на помощь. Сенка наполняла водой ванную, и тетя Иза всем своим весом топтала ковер до тех пор, пока вода не становилась черной от грязи.
Эта же самая дородность, приносившая столько пользы семье в мирное время, спасла жизнь моей тети в период войны.
Во время обстрела Сараева осколок снаряда залетел на улицу Белавы, где спала Иза. К счастью, он промазал мимо цели и воткнулся в зад моей тетушки…
— Ты хочешь сказать, что задница моей сестры спасла ей жизнь? И тебе не стыдно? Где ты откопал эту историю? — возмутилась Сенка.
— Эдо рассказал!

— Если хочешь, можем провести уик-энд у меня в Словакии. Я могла бы тебе показать, что такое венгерская деревня.
— Мне обязательно ехать так далеко, чтобы поцеловать тебя?
Она покраснела.
— Мне хотелось бы посмотреть «Амаркорд», — добавил я. — Я пропустил уже два показа.
— Если не хочешь, можем отложить на другой раз.
— Дело не в том, что я не хочу, а…
И я подумал, что опять не увижу фильм Феллини.
Затем я вспомнил, что «Амаркорд» будут показывать еще и в понедельник. И тут же передумал:
— Я согласен, мне очень хочется увидеть венгерскую деревню. Не исключено, что другой возможности не представится. Фильм никуда не улетит, это же не птица!