Цитаты из книги Сказки

Тогда девочка опустилась на землю и заплакала. Теплые слезы упали как раз на то место, где стоял прежде один из розовых кустов, и как только они смочили землю – куст мгновенно вырос из нее, такой же свежий, цветущий, как прежде.

Теперь она не казалась ему ледяною, как в тот раз, когда она сидела за окном и кивала ему головой; теперь она казалась ему совершенством.

А то и радость не в радость, если нельзя поделиться ею с другими.

Тоді Снігова Королева ще раз поцілувала Кая, і з тієї хвилини він забув і Ґерду, і бабусю, і геть усіх!..

• Ну, більше я тебе не цілуватиму, - сказала вона, - щоб, бува, не зацілувати на смерть.

Никого нельзя назвать счастливым раньше,чем он умрет"-сказал Солон и теперь слова его подтвердились.

Оле-Лукойе:- ...Я старый язычник; римляне и греки звали меня богом сновидений!

Слезы — вот драгоценнейшая награда для сердца певца.

Весь город говорил об удивительной птице, и, когда двое знакомых встречались, один сейчас же говорил: «соло», а другой доканчивал: «вей!» - и оба вздыхали, поняв друг друга.

Принцесс-то было много, да как узнать, настоящие они или нет?

...рос розовый куст, да какой красивый! Цвел он только раз в пять лет, и распускалась на нем одна-единственная роза. Зато сладок был ее аромат, понюхаешь — и сразу забудутся все твои горести и заботы.

...все ведь, даже ближайшие приятельницы, называли госпожу советницу "бритвой". Она была так умна и знала о людях куда больше, чем они сами о себе!

«- А Снежная Королева не может войти сюда? - спросила девочка.

- Пусть-ка попробует! - сказал мальчик. - Я посажу её на теплую печку, вот она и растает».

Избушка до того обветшала, что готова была упасть, да не знала, на какой бок, потому и держалась

Теперь он был богат, прекрасно одевался и приобрёл очень много друзей; все они называли его славным малым, настоящим кавалером, а ему это очень нравилось. Так он всё тратил да тратил своё золото, а вновь-то взять было неоткуда, и осталось у него в конце концов всего-навсего две денежки! Пришлось перебраться из хороших комнат в крошечную каморку под самой крышей, самому чистить себе сапоги и даже латать их; никто из друзей больше не навещал его, - уж очень высоко было к нему подниматься!

О несчастных и счастливых, о добре и зле.

А король-то голый!