Поющие в терновнике

Он не  льстец, но истинный дипломат.

– А замуж ты не собираешься?
Джастина презрительно скривила губы.
– Черта с два! Всю жизнь утирать мокрые носы и грязные попки? И в ножки кланяться какому-нибудь обалдую, который подметки моей не стоит, а воображает себя моим господином и повелителем? Ну уж нет!

Я продал тебя , моя Мэгги , продал за тринадцать миллионов сребреников  

Коли чоловік породжує синів, то він — справжній мужчина.

— Вот этого я и не понимаю. Мучений. — Он опустил глаза, посмотрел на маленькую руку — она так нежно поглаживает его по руке, и от этого так нестерпимо больно. — Зачем эти мучения, Мэгги?

— Спроси господа бога, Ральф, — сказала Мэгги. — Он-то знаток по части мучений, не так ли? Это он сотворил нас такими. Он сотворил наш мир. Стало быть, он сотворил и мучения.

Самым лучшим женщинам приходится тяжелей всех, вот что я вам скажу.

Ты - моя роза, твой прекрасный человеческий образ и мысли о тебе всегда со мной.

Замужество – это, знаешь ли, для безмозглых девчонок.

Спогади - це втіха, коли вщухає біль.

© Ральф де Брикассар