Разбирая почту, Мегрэ наткнулся на письмо, старательно написанное на морванской веленевой бумаге (чисто целлюлозная, без древесины). Письмо было очень странным, потому что его автор предупреждал о предстоящем убийстве. И оно было без подписи.
И поскольку фабрикант этой бумаги всего один, а автор письма явно не покупал бумагу в элитном магазине, то инспектор был отправлен в менее аристократичную канцелярскую лавку. Там выяснилось, что купить эту необычную бумагу с тиснением и конвертами мог только адвокат Парандон – один из всего трёх покупателей этого товара (двое других – один умер, второй был послом и давно сменился, а новый посол предпочитал другую бумагу).
Комиссар отправился к Парандону выяснять детали. В доме адвоката было нелогичным всё, начиная с него самого, его супруги, его секретарши до помощников и дворецкого. В комнатах, отведенных под кабинеты, не было ни порядка, ни контроля, а значит, особую бумагу мог взять абсолютно любой, да и написать письмо тоже.
Но два персонажа в этой истории достойны учебников по психологии. Один – это сам адвокат, зацикленный на 64-й статье, гласившей:
Нет ни преступления, ни проступка, если во время совершения деяния обвиняемый был в состоянии безумия или если он был принужден к тому силой, которой он не мог противостоять.
Мегрэ был крайне озадачен – почему адвокат был так заворожен этой единственной статьёй уголовного кодекса, "... которая в конечном счете трактовала вопрос о человеческой ответственности".
И как же осторожно она ее трактовала! Не давая ни малейшего определения безумию. Ограничивая его моментом совершения преступления.
Второй одиозный персонаж – жена адвоката. У неё просто мания подслушивать, во всем быть главной и оказываться во всех уголках дома одновременно. Её диалоги с Мегрэ похожи на баталии, где победителем несомненно должна оказаться мадам Парандон. Думаю, что после нескольких бесед с этой особой у комиссара должна была выработаться стойкая ассоциация и неприязнь к голубым пеньюарам.
А письма тем временем продолжали приходить, но уже с явными обвинениями в некомпетентности Мегрэ. И убийства избежать не удалось. И финал повести остался с намёком.
19 понравилось
