Цитаты из книги Оправдание

всякая свобода поощряет глупцов, которым делается не нужна

всякая тирания растит умников, которым она же и становится тесна

люди презирают всё, что выше их понимания

Зло обычно делается из лености или корысти, со множеством самооправданий.

В аду есть истопники, есть наблюдатели и есть грешники. Я думаю, грешникам лучше всего. Их помучают, очистят от грехов и выпускают. А истопникам и наблюдателям торчать там вечно. В аду лучше быть гостем, чем хозяином, вы не находите?

Он любил дачу не за это, а за то же, что и все книжные дети его времени: тут было искаженное, отдаленное напоминание об усадьбе, свидание с той книжной Родиной, которая для всякого думающего человека давно уже свелась к пейзажу, потому что все остальные столкновения с ней были слишком скучны или страшны.

Страшный избыток вложенной в него любви до сих пор ждал на дне его сознания неприкосновенным запасом; часть этой любви переродилась в ненависть, помогая ему воевать, но основной ее капитал был перерождениям не подвержен и, как зарытое золото, ждал своего часа. Теперь этот избыток надо было перенести на другое существо, потому что таков закон жизни и другого нет.

Ненавидя себя за это, он так и не нашёл за всю жизнь ничего интереснее литературы.

"Самые страшные существа в мире - обиженные дети"

"Люди презирают все, что выше их понимания"

Бабель никогда не понимал, как можно написать московский пейзаж: в московском пейзаже не было красок.

Большая проверка на глазах становилась бессмысленной уже потому, что чувство вины вошло в кровь, все ощущали себя если не виноватыми, то обреченными, и отстаивать свою чистоту в этих обстоятельствах не имело смысла.

Террор происходит не для чего-то, а потому что...

Везут бревно семь коней,
Семь не увезут — восьмого припрягут,
Восьмого припрягут — второго не уймут
Второго не уймут — налево не пойдут,
Налево не пойдут — чужого не возьмут,
Чужого не возьмут — другого не поймут,
Другого не поймут — дороги не примнут,
Дороги не примнут — подковы не погнут,
Подковы не погнут — шелкову не порвут…

дома строят просто так – без надежды их заселить? Заславский даже усмехнулся тому, что эта простейшая мысль не пришла ему в голову. Их строят, чтобы строить, как и их мучили, чтобы мучить, а вовсе не для того, чтобы они в чем-то признались. Результат перестал быть важен давно – главенствовал процесс.

ничто не делает одеяла таким теплым, как необходимость вставать

железо побеждается только ржавчиной

расплачиваться предстояло всем счастливым