Цитаты из книги Sons and Lovers

- Поразительно, - заметила Конни, - в такой чудный день будто оживаешь. Обычно даже воздух какой-то мертвый. Люди умертвили даже воздух. - Ты считаешь – люди виноваты? – спросил Клиффорд. - Да. Их неизбывная скука, недовольство, злоба губят воздух, жизненные силы в нем. Я просто уверена в этом. - А может, некие атмосферные условия понижают жизненные силы людей? - Нет, это человек губит мир, - стояла на своем Конни.

Мужчины открывали перед ней свои мысли, а это, право же, стоило всех их поцелуев и ласк.

А все потому, что вы променяли досуг на каторжный труд. Вы не умеете говорить, не умеете двигаться, есть, не знаете толком, как обходиться с женщинами. Вы просто нежить, вот что вы такое…»

Воцарилось долгое молчание. Конни слушала его вполуха, занятая своим делом. Она втыкала в его волосы на лобке собранные по дороге незабудки.

На белом свете полным-полно самых заманчивых возможностей, но каждому в жизни выпадает лишь одна-две. Много в море самой замечательной рыбы, но попадается все скумбрия да сельдь. И если вы сами не из благородных, то хорошей рыбы встретите в море не много.

Грех — это не любовь. Грех — это жить без неё

Когда человек перестаёт быть частью природы, он становится мертвецом, хотя и дышит

Иногда женщина должна потерять всё, чтобы найти себя

Миром движет интеллект, а не плоть. Тело — лишь инструмент духа

Любовь — это не мысль и не идея. Это дыхание земли, проходящее сквозь нас

Тело должно жить, чтобы душа могла быть свободной

Егерь молчал. Но она чуяла в его душе черную пустоту отчаяния. Оно было смертью для всех желаний, смертью для самой любви. Это отчаяние подобно бездонной воронке, которая затягивает в себя душевные силы, всего человека.

Деньги, если они есть, — отрава; если нет — голодная смерть.

секс — что бокал с коктейлем. И то, и другое, как ни смакуешь, а быстро кончается; и то, и другое одинаково возбуждает и пьянит.

Жизнь тягуча, тяжка и долга, это отнюдь не фейерверк.

В чем еще смысл девичьей жизни? Решительно избавиться от стародавних постыдных оков, от зависимости от мужчины.

Делай что хочешь, говори (это еще важнее!) что хочешь! Ведь разговоры, страстные споры, обмен мнениями — главное! А любовь — нечто второстепенное.

Жарко спорили с юношами о философии, общественной жизни, искусстве и ни в чем не уступали сильному полу, пожалуй, даже превосходили: как-никак они — женщины!

... связь, как у разновеликих шестерёнок, только сцепляемся мы своими воззрениями. А в остальном нас очень мало связывает. Стоит разъять шестерёнки, и мы уже порознь, говорим друг о друге гадости, - так заведено у интеллигентов во всем мире.

- Мужчины ровно дети малые, если копнуть поглубже. Уж какие среди пациентов были бедовые мужики с шахт. Но что-нибудь заболит - они враз становятся как дети, большие дети! В этом все мужчины друг от друга не отличаются.

Мне представляется, не было в истории времени, когда люди меньше бы доверяли друг другу, при том, что в обыденной жизни ведем мы себя вполне пристойно. Мало кто из моих знакомых мог бы стянуть у меня кошелек или подставить сломанный стул. Но осмеять настоящее чувство они готовы всегда. Никто в этом не виноват, это знамение времени.